– И в его голосе слышится неподдельное облегчение.
– Да, я тоже так думаю.
И опять в проводах повисла тишина, через всю страну, от Мэна до Калифорнии. Я уверен, мы оба думали об одном и том же: «Все закончилось, да, и через шесть недель или через шесть месяцев мы полностью забудем друг друга. Все закончилось, но нам это обошлось в нашу дружбу и жизни Стэна и Эдди». Я уже их почти забыл, понимаете? Как ни ужасно это звучит, я почти забыл Стэна и Эдди. У Эдди была астма или хроническая мигрень? Будь я проклят, если помню наверняка, хотя думаю, что его донимала мигрень.
Спрошу Билла. Он скажет.
– Ладно, передай привет Биллу и его красотке-жене. – Радость в голосе Ричи явно искусственная.
– Обязательно, Ричи. – Я закрываю глаза и тру лоб. Он помнит, что жена Билла в Дерри, но забыл, как ее зовут и что с ней случилось.
– Если окажешься в Лос-Анджелесе, номер у тебя есть. Мы встретимся и где-нибудь пожуем вместе.
– Конечно. – Я почувствовал, как горячие слезы жгут глаза. – А если ты заглянешь сюда, сделаем то же самое.
– Майки?
– На связи.
– Я люблю тебя, чел.
– И я тоже.
– Отлично. Держи хвост пистолетом.
– Бип-бип, Ричи.
Он рассмеялся.
– Да, да, да. Засунь его себе в ухо, Майки. Да, малыш, в свое ухо.
Он положил трубку, я тоже. Потом откинулся на подушку, закрыл глаза и долго их не открывал.
7 июня 1985 г.
Начальник полиции Эндрю Рейдмахер, который занял этот пост после ухода шефа Бортона на пенсию в конце шестидесятых годов, погиб. История странная, и я не могу не связать ее с тем, что происходило в Дерри… с тем, что только что закончилось в Дерри.
Здание, в котором располагались суд и полицейское управление, находится на границе той части города, которая свалилась в Канал, и пусть оно устояло, обрушение – или наводнение – должно быть, причинило серьезный урон несущим конструкциям, о чем никто не догадывался.
Как следовало из газетной статьи, Рейдмахер в тот вечер работал допоздна в своем кабинете. Собственно, после урагана и наводнения он каждый вечер задерживался на работе.
Кабинет начальника полиции давно уже перенесли с третьего этажа на пятый, под чердак, где хранились архивы и ненужные вещи. Среди них – стул наказаний, о котором я уже рассказывал на этих страницах. Изготовленный из железа, весил он больше четырехсот фунтов. Во время ливня 31 мая немало воды попало в здание и, вероятно, прочность пола чердака заметно уменьшилась (по информации из той же статьи).
