Восстание

 — Тут вы больше нужны, чем на юге.

— Но у меня сейчас единственная цель — розыски семьи, — в замешательстве сказал Колчак, совсем не ожидая такого оборота разговора.

— В этом мы вам поможем, но вы должны остаться здесь. Вы здесь нужны…

Просьба Болдырева удивила Колчака. Он не сразу понял, для чего командующему армией нужно было, чтобы он — вице-адмирал Колчак, враждебно настроенный к директории, оставался в Омске. Стараясь выиграть время, чтобы разобраться во всем этом, Колчак спросил:

— Что же мне здесь делать, ваше превосходительство? Флота здесь нет…

— Я хочу вас использовать для более широкой задачи, — ответил Болдырев.

 — Я хочу предложить вам пост военного и морского министра.

— Военного и морского министра?

Колчак смотрел в непроницаемое лицо генерала и ничего не мог понять.

«Морского министра… Почему? — думал он. — Значит, Болдырев разговаривал обо мне с другими членами директории, один он не может распоряжаться раздачей министерских портфелей… Зачем они привлекают меня в правительство? А-а-а, может быть, хотят скомпрометировать в глазах военных, которые ненавидят директорию… Болдырев что-то хитрит… Он рассчитывает поссорить меня со сторонниками диктатуры…»

Колчак смотрел на Болдырева, хмурил брови в мучительных поисках ответа.

Найти его адмиралу было нелегко. Дав согласие, он делался человеком, ответственным за политику директории, и связывал себя по рукам и ногам; отказавшись — становился к правительству в открытую оппозицию. Это было опасно.

Колчак решил хитрить.

— Ваше превосходительство, что будет делать морское министерство при отсутствии флота? — сказал он. — И что такое военное министерство в современных условиях? Вместо первого нужно создать какое-нибудь отделение при штабе, которое занялось бы учетом и сбором всего, что осталось от флота, а второе в военное время ведает только снабжением армии да в некоторой степени, может быть, комплектованием ее.

Этой работы я не знаю и, признаться, не имею к ней никакой склонности.

— Работа военного и морского министерства значительно шире, — возразил Болдырев. — Я думаю, вам не следует сразу отклонять мое предложение. Попробуйте, если вы увидите, что дело у вас не идет, никто вас связывать не станет, вы всегда сможете уйти…

— Стоит ли браться за то, что думаешь оставить, — с притворной улыбкой сказал Колчак.