Вот и я, Люба!

— Степушка — милый мой! — выдыхаю в трубку, боясь расплакаться, в горле ком застрял и слезы душат.

— Милая моя, все знаю. Не отчаивайся. Николай тебе поможет. Ремонт останови. Пусти всё на восстановление хозяйства. Не хватит, Николай разберётся. Поняла меня, любимая? — слушаю Степана, не перебивая. Не делаю этого, потому что для меня сейчас его голос, как подорожник, как музыка для снятия стресса.

Пока Степа говорит мне ещё про какую-то охрану, а я все же успеваю глоток чая сделать, чтобы горло освободить и начать говорить.

— Степушка, у тебя все нормально? Ты здоров, милый мой? За меня не переживай, мы разберёмся. Я жду тебя очень! Очень сильно жду, Степушка. Слышишь меня? Люблю тебя, сильно люблю! — дальше говорить у меня не получается, потому что начинаю рыдать, как белуга.

— Я тоже тебя очень люблю, милая моя! Не плачь, родная, скоро приеду. Целую, любимая. Дай Диме трубку, — говорит Степан.

Передаю сыну трубку. Разговора их не понимаю, потому как Димка только произносит отрывочные слова — "да", "понял", "конечно", "хорошо", "сделаю", "успокою".

Дима, завершив разговор, передаёт трубку Николаю. Рассказывает Игнатьеву, что в районе 24 часов сработала сигнализация в одном из свинарников, о чем нас уведомил сторож.

— Мы пока собрались и приехали, полыхали уже два отделения свинарника, — объясняет Дмитрий. — Сторож часть супоросных маток успел выгнать. До холостых самок уже не успел добраться. Когда приехала пожарная машина, их бокс полыхал и до животных было не добраться.

Дальше сообщает, что пожарные на месте обнаружили четыре бутылки с зажигательной смесью. Все они оставлены там, где их нашли. Все зафиксировано на фото- и видео. Сегодня чуть позже подъедут эксперты, полицейские и представители страховой компании.

— У нас по периметру размещены видеокамеры. Одна их них заблаговременно была испорчена, но есть запись с другой, — поясняет мой сын Николаю. — Запись мы уже перенесли на флешку, но из-за темноты все равно видно плохо, и изображение размытое.

С Игнатьевым мы беседуем внутри дома. Я, взяв себя в руки, накрываю чай с плюшками и мясными деликатесами нашего производства.

Николай Иванович слушает Дмитрия молча, когда сын завершает свой рассказ, мужчина начинает объяснять задачу, которую теперь ним поставил Степан.

— Любовь Петровна, Дмитрий, где-то часа через два к вам приедут люди.