Вот и я, Люба!

Первый заход с холодными телами лежим долго и молча, наслаждаясь полной тишиной.

Потом выходим в комнату отдыха. Ополаскиваемся, пьём воду и чай, заваренный Степаном заранее по рецепту какого-то сибирского шамана-лекаря, как в шутку называет старика мужчина.

— Отличная баня у тебя, Степан, — от всей души искренне говорю я, — и дом прекрасный, подвал, вообще, огонь. Короче, все грамотно, по уму сделано. В кухне твоей мне сегодня очень удобно и сподручно работалось. Видно, что строилось все с любовью для себя и своей семьи.

— Ойц, Любушка, знаешь, для меня твои слова дорогого стоят! Но если честно, моей заслуги в этом во всем нет! Реально, дом не мой, а родителей моих. Меня практически всю мою жизнь носило по городам и весям. Сам для себя я не слишком давно только квартирку небольшую достроил, даже ремонт еще не делал. Так что в реалии я — не богат, не знаменит и не престижен!

Парю веничком шикарное тельце своей Данаи, а в голове гуляют две мысли.

Первая — хорошая. Я от всей души благодарю Создателя, Святые небеса и даже бородатого Николая прародителя Деда Санты за дважды подаренную мне Любовь.

Причём в прямом смысле: за любовь как за чувство, и за Любовь как за женщину.

Мне кажется, хотя нет, я уверен, что в чувственном плане вся моя жизнь до встречи с этой божественной женщиной была какой-то обыйденной, пустоватой и блеклой. Нет, конечно, я любил и озвучивал чувства, которые испытывал на тот момент, но они были совершенно не такими гармоничными, полными и яркими, как сейчас.

Встреча с Любашей внесла в мою жизнь все то, о чем я мечтал и чего хотел.

Сейчас я это чувствую своим сердцем.

Только теперь мне надо сделать все для того, чтобы удержать рядом с собой эту прекрасную женщину.

Да, Степан, надо, только вот ты несешь всякую хрень, которую говорить непозволительно. И это вторая моя мысль, которую я считаю плохой.

Ну на кой черт меня понесло с этой дурацкой фразой "не богат, не знаменит и не престижен".

"Знаешь же, женщины крайне непредсказуемые создания, — морально рихтую сам себя. — Любаша может расценить оброненные слова не как шутку, а как прямое указание на то, что ты, Степушка, такой же никчёмный клещ, как и её уплепашный муженек."

"И придётся потом долго и упорно объяснять и доказывать, что ты нормальный и у тебя хорошо работает не только головка, но и голова, — вставляю себе мысленно чоп.