Воздушные пираты

— Ты мне угрожаешь? — зачем-то спросил Парсек, хотя и так было понятно, что на него давят изо всех сил.

— Называй это как хочешь, — разрешил Булут. — Моя задача добиться от тебя правды.

— Какой? — недоумевал Парсек. — До сих пор я честно отвечал на все твои вопросы.

— А вот и не так! — Булут подался вперед: — Наши источники в России сообщили, что ты совсем не тот человек, за которого себя выдаешь.

Парсека обдало жаром, но он тут же взял себя в руки:

— Ничего странного, — турок вздохнул. — Ты был внедрен в ячейку ИГИЛ с целью проникнуть на территорию нашей страны и уже здесь сдаться своим же спецслужбам!

— Не понимаю, — на полном серьезе признался Парсек.

— Чего тут непонятного? — Булут вскинул брови. — Разве не могут сотрудники ФСБ арестовать тебя в Стамбуле, а потом тайно вывезти в Россию? Американцы по всему миру так поступают. Вот и ваше руководство решило разыграть подобную карту.

— Зачем меня арестовывать в Стамбуле, если это можно было сделать в России? — возразил Парсек.

— Для большего эффекта! — повысил голос Булут.

— И что? — Парсек подался вперед.

— Тебе предложили сыграть роль завербованного спецслужбами Турции летчика, который собирался подготовить террористический акт с захватом самолета. Если бы мы тебя не задержали и не поместили в тюрьму, ты бы сейчас врал журналистам о том, как работал на нашу разведку и какие деньги получал от моей страны.

— То есть ты считаешь, что вся эта история с арестами и моим приездом в Турцию, — не что иное, как масштабная акция России по дискредитации вашей страны? — Парсек начал кое-что понимать и даже облегченно вздохнул. Тяжело, можно сказать, мучительно давался ему сейчас мыслительный процесс.

— В нашей стране я считаюсь неплохим специалистом, я на хорошем счету у своего начальства, — похвастался Булут. — Мало кто лучше меня знает, как действует ФСБ. Поэтому уверен, что тебе предложили посидеть после шумного процесса год, может, два, пока все уляжется, а потом получить свои миллионы, поменять имя и уехать, например, в Сибирь, где легко потеряться.

— Чушь собачья! — возмутился Парсек нелепости обвинения, но одновременно почувствовал облегчение. Словно гора свалилась с плеч. Едва турок упомянул ФСБ, как стало ясно, что никакой информацией о его настоящей задаче они не располагают, равно, как не знают, кем он, Парсек, на самом деле является.