Воздушные пираты

Отдельные фразы Гаер понимал и в общих чертах представлял, чем вызвана столь бурная реакция, но ждал, когда переводчик передаст эту речь дословно. Однако она оказалась очень краткой.

— Вам придется забыть о России до конца своих дней, — сказал переводчик и встал, собираясь выйти из кабинета.

Неожиданно полицейский сказал еще что-то. Переводчик кивнул, посмотрел на Гаера и, улыбнувшись, проговорил:

— А они кончатся очень скоро!

Глядя на светящиеся окна дома напротив, Парсек прокручивал в голове разговор с Булутом.

Непохоже, чтобы выдававший себя за турецкого полицейского мужчина врал. А если нет? Что если их вычислили? Нельзя сбрасывать со счетов никакие версии. Турецкие спецслужбы попросту могли взять Гаера и добиться от него признания. От этих мыслей Парсеку стало не по себе.

«Как я мог так подумать о боевом товарище и офицере? — пристыдил он себя. — А почему бы и нет? — удивился кто-то другой, доселе незнакомый и тихо сидевший где-то в закоулках его сознания. — Ты командир группы и не должен исключать ни один из вариантов.

Жизнь не простая штука. Сам не понаслышке знаешь, что не так просто выстоять под пытками. Почему-то когда у тебя в руках оказывается враг, ты всегда уверен, что он заговорит».

Перед глазами невольно возникло почерневшее от боли лицо Доку Гаджиева. Он вдруг отчетливо ощутил рукоять ножа, вогнанного между ног бандита. Неожиданно Доку вдруг превратился в Гаера, а вместо тогдашнего себя Парсек увидел Булута.

— Только не это, — вырвалось у него. Пытаясь избавиться от видения, разведчик даже тряхнул головой.

«Хорошо, допустим, Гаер меня слил, — продолжил он перебирать варианты. — Но тогда что мешает Булуту ввести его в игру уже в качестве «крота»? Еще не прошли следы пыток? Ну и что? Гаер может сказать, что молчал. Как это проверить? Никак! Тогда почему мне позволяют продолжить путь? Этому тоже есть объяснение. Благодаря сотрудничеству с турками Гаер заработал себе право жить, а я отправлюсь на собственную казнь. Возможно, в Сирии уже выбирают натуру для съемок очередного пропагандистского ролика, пишут сценарий и шьют одежды приговоренного к смерти.

Какой удар по имиджу России и ее силам специальных операций! Виват просвещенной Европе и исключительной нации! Да, все они трепещут перед угрозой терроризма, но даже на этом фоне смерть настоящего офицера элитного спецподразделения России будет для них, как бальзам на сердце. Ничто не перевесит устоявшуюся ненависть к народу, населяющему шестую часть суши».