Вождь. «Мы пойдем другим путем!»

В местных газетах его называли не иначе как настоящим самураем, который защищал своего дайме.

А потом пришли сведения из Санкт-Петербурга, куда Николай уже отстучал подробную телеграмму. Причем ее содержание «несколько» отличалось от тех, что отправили свитские. Цесаревич не стал затирать роль лейтенанта в спасении его жизни и описал все в ярких красках.

Так что любящий родитель, Император Российской Империи Александр III, поздравил лейтенанта Российского Императорского флота Владимира Ильича Ульянова званием капитана 2-го ранга и целой россыпью наград.

Во-первых, ему вручили «клюкву» на кортик с надписью «За храбрость». Во-вторых, украсили Святого Станислава мечами. А в-третьих, удостоили ордена Святого Владимира четвертой степени и тоже с мечами. Ну и на десерт положили годовую пенсию в три тысячи рублей, правда, в расширение предыдущей, а не сверху. Но и этого было более чем изрядно.

Ну а сверху, для красоты, легли еще две «побрякушки». Сначала по представлению принца Георгия Владимиру вручили рыцарский крест ордена Спасителя.

Низшую ступень высшей государственной награды Греческого королевства. Очень уж ему понравилось то, как действовал этот офицер. А потом свое веское слово сказала и датская корона, наградив Владимира рыцарским крестом ордена Данеброг за спасение важного представителя Ольденбургского дома.

Другой вопрос, что для мужчины двадцати одного года от роду без именитых предков за спиной становиться капитаном 2-го ранга оказалось очень неудобно. Да и количество наград казалось чрезмерным.

Шутка ли, семь орденов? Таких почестей в мирное время удостаивались только представители правящих династий, да и то не всегда. Поэтому перспективы дальнейшего карьерного роста на флоте для капитана 2-го ранга Ульянова оказались весьма пасмурными из-за недовольства широких масс офицеров. Особенно тех, кто годами по выслуге лет получал свои места.

Оставаться на крейсере «Память Азова» Владимир тоже больше не мог, так как капитан 2-го ранга для старшего вахтенного офицера – чрезмерно высокое звание.

Поэтому, спасая положение, Николай Александрович личным распоряжением включил Ульянова в свою свиту до конца путешествия. Само собой, к пущему неудовольствию прочих. Но ничего поделать с этим они не могли, ведь Вова был героем. А потому улыбались, вполне радушно здоровались и вообще вели себя так, словно этот новоиспеченный капитан 2-го ранга для них свой в доску.

– И чем вы, Владимир Ильич, намерены дальше заниматься? Все-таки капитан 2-го ранга.