Вождь. «Мы пойдем другим путем!»

И как вы его узнали?

– По лицу. Они могли сделать ставку только на человека с яркими, радикальными взглядами, а значит, впечатлительного и живущего под давлением сильных эмоций. Таких людей всегда выдает лицо. Этот полицейский так разительно отличался от своих коллег, что… – Владимир махнул рукой. – Поэтому я занял позицию таким образом, чтобы быть в нескольких шагах от этого «милого» человека. Ну и ничто не мешало мне стрелять в него в момент нападения.

– Очень интересно… – покивал Оржевский, пребывая в глубокой задумчивости и переваривая услышанные слова.

 – Я слышал, вас очень прохладно приняли в Адмиралтействе. Не желаете перейти в мое подчинение? С сохранением класса. У вас просто талант к нашей работе.

– К сожалению, я вынужден отказаться.

– Почему же? Брезгуете?

– Отнюдь. Вы же знаете мое отношение. Дело не в этом.

– Анонимно я смогу помочь значительно больше. Ведь о том, что я активно сотрудничаю с жандармерией, никто, кроме ограниченного круга лиц, не знает. А значит, не ассоциируют меня с ней.

Я больше вижу и слышу. Мне легче собирать информацию. Кроме того, способности, конечно, кое-какие у меня есть, но настоящий талант у меня совсем в другой области.

– Жаль, конечно, но ваши доводы вполне разумны. Надеюсь, наше сотрудничество будет таким же плодотворным, что и раньше.

– Конечно, – кивнул Владимир.

– Вы ведь принесли что-то еще, – кивнул генерал-лейтенант на папку.

– Да, но как-то разговор не повернулся в нужную сторону.

– Чего уж там, – улыбнулся Петр Васильевич.

 – Рассказывайте.

– Если вы позволите, здесь я изложил кое-какие свои мысли по организации разведки и контрразведки Российской Империи. Умозрительно, конечно. Я много об этом думал во время путешествия. Хотя, конечно, понимаю, что все это вздор и дилетантство.

– Отчего же? – искренне удивился Оржевский. – Несмотря на то что вы стесняетесь и умаляете свои способности, у вас определенно талант к нашему делу. Оставляйте. Я с огромным интересом почитаю ваши замечания…

Что изложил Ульянов в своих замечаниях? Ничего особенного.

Просто структуру нормальной разведки и контрразведки с описанием и пояснением, кто чем должен заниматься. Само собой, упрощенно, на основе материалов по организации такой деятельности в середине XX века.

Несколько пробных камерных визитов, в ходе которых новоиспеченного капитана 2-го ранга аккуратно прощупывали, предваряли первый заход на первый светский раут столицы. Весь вопрос был только в том, куда именно его впервые потащат.