Вождь. «Мы пойдем другим путем!»

Я уверен, что это его рук дело.

– Вы очень путано говорите, – покачала головой Императрица. – Что конкретно там произошло?

– Прошу прощения, – чуть кивнул генерал-лейтенант. – Эпизод связан с одним древним храмом на юге Индии. Владимир почему-то туда целенаправленно устремился, когда появилась возможность. Мой человек увязался за ним, не зная, что давно раскрыт. Ничто не мешало ему исчезнуть на просторах Индии, но Владимир его просто отпугнул. Аккуратно и красиво. Зачем он сам туда полез, я не знаю. Возможно, это как-то связано с местными легендами о том, что там есть сокровищница.

– Да, я считаю, что он завладел индийским кладом. Только вот его размер оценить не могу.

– Очень интересно… – загадочно улыбнувшись, произнесла Императрица.

– Его финансы увеличиваются очень быстро. Конечно, банкиры стараются такие вещи не разглашать, но по секрету только в этом году за патенты в Московский купеческий банк ему перечислили два миллиона рублей золотом. Согласитесь – много, очень много. И это только в этом банке.

А мне известны его контакты еще с десятком.

– Откуда их переводили?

– Со всей Европы. Есть даже платежи из Северной Америки. Но отследить их крайне сложно, не привлекая внимания. Я не исключаю того, что о моем интересе к его деньгам в Московском купеческом банке уже донесли.

– Как интересно… – покачала Мария Федоровна головой.

– Именно так, Ваше Императорское Величество, – кивнул Оржевский. – Еще интересней выглядит его записка об улучшении работы жандармерии. Признаться, я пришел от нее в восторг.

Если все это реализовать, то получится вывести на качественно новый уровень работу моих людей. Однако… если он такими вещами делится, значит – не боится. То есть он сам играет серьезнее.

– Может быть, ему нечего скрывать?

– О нет! Этот человек полон тайн. И он нас еще удивит. Вы же знаете, что после возведения его в капитаны 2-го ранга моряки ополчились на него. Как водоплавающие, так и сухопутные. Ревность. Зависть. В середине минувшего месяца Владимир смог убедить Пилкина Константина Павловича взять его к себе.

Тот скрепя сердце согласился. Так вот. Я вчера с ним разговаривал. И о чудо! Он отзывается об Ульянове самым радужным образом. Скорость и точность его работы просто поражают. Владимир один за месяц сделал больше, чем все управление. Даже закисшие было дела пошли-поехали. Мистика какая-то.

– Вы считаете? – едко усмехнувшись, поинтересовалась Императрица.

– Я честно пытаюсь найти рациональное объяснение и не могу.