Возлюбленная герцога

Он ухватился за это и спросил:

– А что, если мы освободимся от этого? – Она в замешательстве наморщила лоб, и он договорил: – Что, если начнем все сначала?

– Начнем сначала? – с недоверием спросила она. – Как это возможно? Всю свою жизнь я не могла освободиться от тебя.

Его сердце отчаянно заколотилось, когда она заговорила в темноту, обращаясь к городу, который когда-то принадлежал ему, а теперь принадлежит ей:

– Ни до того, как встретила тебя, ни после. До тебя я была никем, всего лишь временным подлогом, дожидалась тебя.

– Я тоже был никем, – сказал он, желая прикоснуться к ней и зная, что нельзя.

– Вот и нет, – возразила Грейс, глаза ее блестели. – Ты был Эваном, сильным и умным, тем самым, кто поклялся вызволить нас оттуда.

Она словно оцепенела, услышав это.

– Ты выгнал нас. Взял на испуг. И бросил в одиночестве, когда сам жил в своем… – Она обвела рукой площадь, а потом выплюнула: – Дворце, а мы в это время едва сводили концы с концами и дрались за каждый пенс.

Это было правдой. И в то же время нет.

Как она сможет понять?

– Ты лгал нам, – продолжала она. Ветер трепал ее длинные волосы. – Ты… – «Господи». Ее голос дрогнул. Он думал, что не выдержит, если она заплачет. – Ты лгал мне, – сказала она, и эти слова прозвучали как гром, разрушая все вокруг. – И мы никогда не сможем начать сначала, ведь все, чем ты был – все, чем были мы, – все это никуда не денется. И стереть это невозможно. И я должна тебя за это ненавидеть.

Пора было сказать ей, и он мог бы. Мог объяснить прямо тогда.

Да только она не закончила.

– И даже если бы я смогла простить мальчика, которым ты был, как насчет всего, что ты сделал, став мужчиной? Девон. Уит. Хэтти. Пять парней из Гардена – может, ты и не нажимал на спусковой крючок и не зажигал спичку, но они погибли по твоей вине. Ты угрожал лишить нас средств к существованию. Угрожал нашему дому. – Она прищурилась, глядя на него.

– Говоришь, стал лучше?

Значение имеет только одно – он причинил вред ей.

– Это не должно иметь значения. – Она понизила голос до шепота, как будто разговаривала сама с собой, а не с ним. – Не должно… и я должна ненавидеть тебя.

Он уцепился за это «должна», потянулся к ней, убеждая себя, что отпустит руку сразу же, как только она его оттолкнет.

Как только начнет вырываться.

Но она не стала вырываться.