Возлюбленная герцога

Овальный салон дома номер 72 по Шелтон-стрит был одним из самых роскошных в Лондоне, с отделкой в насыщенных синих и зеленых тонах, с шампанским и шоколадом на каждом шагу. Все это было лишь прелюдией к основному блюду, ради которого клиентки слетались сюда со всего Лондона.

Далия взыскательным взглядом обвела салон, предназначенный сразу для нескольких целей. Членов клуба приводили сюда, пока подготавливали комнаты наверху, расставляя там заказанные блюда, напитки и различные запрошенные аксессуары.

Ожидая, леди могли перекусить (кухня дома номер 72 по Шелтон-стрит славилась разнообразными деликатесами), и Далия обязательно проверяла, чтобы в буфетах хватало закусок, которые предпочитали постоянные клиентки.

Все пожелания записывались и исполнялись, причем с величайшей осмотрительностью. Одна леди предпочитала зеленую кушетку у окна; вторая испытывала отвращение к орехам; третья садилась в самом темном углу – она страшно боялась, что ее могут узнать, но устоять перед притяжением клуба не могла.

Не то чтобы узнать тут кого-то было легко. Даже в самые спокойные дни членам клуба рекомендовалось носить маски, чтобы обеспечить анонимность. Новые члены часто выбирали личины не особенно замысловатые, иногда совсем простые, вроде черного домино; но многие маски были великолепно украшены с расчетом подчеркнуть могущество и богатство женщины, не выдавая при этом, кто она такая.

В данный момент в салоне находились шесть дам, наслаждавшихся дружеским общением.

Послышался смех – громкий, неподдельный и уж точно куда более свободный, чем его мейфэрский близнец. Далии не требовалось смотреть, чтобы узнать – это некая вдовствующая маркиза хохотала вместе с замужней баронессой, которую любила с самого детства. Позднее они поднимутся в верхнюю комнату и предадутся наслаждениям.

В дальнем конце овальной комнаты, там, где окна выходили на Гарден, Нельсон, истинный Казанова (его таланты особенно щедро оплачивались), склонился над ухом сказочно богатой вдовушки.

Они рассмеялись (несомненно, он сделал ей очередное непристойное предложение) и жестом подозвали лакея, державшего серебряный поднос с шампанским. Встав, Нельсон помог даме подняться, взял в одну руку два бокала, а другой подхватил под локоток увядшую прелестницу и повел ее наверх, в ожидавшую их комнату.