Возлюбленная Хаоса

— Ох уж эти демоны с вечными предрассудками… — поцокал языком целитель, водя над моей головой руками, потом перешёл на грудь и живот, недовольно нахмурился, — я вижу проблемы в магических артериях. Они целы, но будто чем-то забиты, и это задерживает циркуляцию магии. Отсюда и повышенная температура. Твоё тело борется с инородными частницами. Никогда такого не видел.

— Рога и крылья возникли не из воздуха. Помнишь, на поляне Алесса упомянула что-то о Хрониках Древних? Может, если она расскажет подробнее, мы поймём, как помочь Реддарку? — Камилла трогательно волновалась за меня.

На краткий миг я даже подумал, что неплохо будет войти в гнездо такой милой женщины. Но потом выкинул эту мысль из головы. Она снова распоряжалась моей жизнью.

— Мне не нужна никакая помощь! — рявкнул резче, чем задумывал. Серые глаза с россыпью чёрных звёзд впились немного обиженным взглядом в моё лицо. Стало вдруг совестно за эту вспышку.

— Знаешь, Реддарк, я тоже когда-то так говорила. В результате, почти лишилась магии, чуть не потеряла жизнь и теперь еду искать мужей.

Подумай, прежде чем отказываться от чужой помощи, — она отвернулась и исчезла среди деревьев.

— Меня зовут Иннуриэль эл Ноэль, — представился эльф, не подав вида, что имеет своё мнение на счёт только что увиденной сцены.

— Эл Ноэль? Ты — сын второй жены Владыки? — я боролся с желанием схватить эльфа за горло и задавить ушастого. Прикопаю потом тут же и уйду в чащу отшельничать. Он же сводный брат Фарлиэля! Меня останавливала только манера его поведения.

Вовсе не высокомерен, сдержан, даже осторожен в общении.

— Мы не выбираем родственников, — Иннуриэль правильно расценил моё молчание. — Как и ты не выбирал стать Изгнанником, не так ли?

Эльф загадочно сощурился, и я подумал, что он вовсе не так прост, этот Иннуриэль эл Ноэль.

— Идём в лагерь, тебе нужно поесть. Теперь ты уже не воняешь.

— Ну спасибо за комплимент, ушастый.

После того, как Эйнар открыл возможность колдовать, дни стали тянуться чуть веселее. Занудный эльф приходил словно по часам.

Когда солнце стояло в зените, и наша Тьма была максимально слаба. Он брезгливым взглядом проходился по нам, иногда приближался к клеткам и щупал горячую кожу своими холодными пальцами. Что-то цокал, записывал в блокнот.

— Интересно… хе-хе, — Фарлиэль, — я и не думал, что эффект будет таким…

Потом он поджигал свою смесь трав, заставляя её дымиться, и уходил. Я же запускал в пучок пульсаром, вынуждая его сгореть быстрее, почти не пуская ядовитый туман.