Возлюбленная виконта

— Только не переутомляйтесь, моя дорогая, — предупредил он. Белла покорно кивнула. Какой спокойной стала жизнь после того, как он завел себе послушную жену, регулярно занимался любовью, наводил порядок в имении и распутывал дела Рейфа. Почему же он в таком случае чувствовал; себя так, будто ему чего-то не хватает?

— Я подумал, вам понравится, если мы поедем в фаэтоне, устроим пикник и сегодня осмотрим имение, — сказал на следующий день за завтраком Эллиотт.

Белла подняла голову, удивившись тому, сколь успешной оказалась ее стратегия с завтраками.

Она уже почти перестала надеяться, что удастся утром вытащить его из кабинета, однако вкусная еда, видно, еще не надоела мужу. «Если привить ему такую привычку, — подумала она, — он будет начинать каждый день с хорошего завтрака». Опыт подсказывал: мужчины — существа с устойчивыми привычками. Наверное, мужа можно перевоспитать? Ее губы дрогнули при мысли, что удастся приручить Эллиотта.

Пойнтеры заняли свои места по обе стороны камина, Тоби уселся на ее ногах и с нетерпением ждал лакомого кусочка.

Белла с удовлетворением оглядела комнату. Вот так должен выглядеть супружеский завтрак. Даже неприятная утренняя тошнота, похоже, отступила, и ей уже не требовалась сила воли, чтобы остаться в помещении, где так много вкусной еды. «Прошло уже более трех месяцев», — подумала Белла. Немного болела спина. Она не сомневалась, что очень скоро ее положение станет заметно любому, у кого есть глаза.

— Пикник? Это мне по вкусу.

Они улыбнулись друг другу. В ее сердце теплилось радостное чувство, которому она не смогла найти определения.

Ей нравилась эта улыбка — спокойная, уверенная и ласковая. Белла ласково подумала, что он действительно может быть самым опасным ухажером, если ему того хотелось. Эллиотт к ней так добр. Странное настроение, охватившее се в детской, не возвращалось. Казалось, Эллиотт доволен ею в постели, игривые поцелуи приводили ее в состояние предвкушения. Она должна и впредь учиться удовлетворять его. Он не пожалеет о своем честном поступке, если она не даст ему повода для этого.

— Я знаю одно уединенное место. — В его голосе прозвучало что-то теплое и серьезное, отчего она стала строить разные предположения. Неужели он собирался заниматься с ней любовью на природе?

— Почта, милорд, — сказал Хешюу, протягивая поднос с письмами. — И вчерашние номера «Таймс» и «Морнинг пост». — Он положил крохотную стопку писем рядом с тарелкой Беллы. — Это вам, миледи.

— Мне? — «Кто же мог мне писать? Папа».