Возлюбленная виконта

 — Эллиотт, сколько денег мне можно потратить?

— Сколько пожелаете.

— Но вы ведь говорили, что в доме и имении многое следует привести в порядок. Я не хочу тратить деньги на второстепенные дела.

— Многое придется привести в порядок. — Лицо Эллиотта стало почти угрюмым, но затем он снова улыбнулся. — Это не должно обречь вас на жизнь в розовых тонах.

— Спасибо, Эллиотт. Вы не привезете мне образцы тканей из Вустера, если я скажу вам, какие цвета нужны?

Простонав, Эллиотт исчез в гардеробной. Оттуда раздался его голос:

— Епископы и магазины, где торгуют шелком.

Никто не предупреждал меня о том, что брак станет таким испытанием.

Послышался голос Фрэнклина, его слуги. Тот задал какой-то вопрос, в ответ раздался смех Эллиотта. Дверь закрылась. Белла стала с волнением воображать, как в ванне с мускулистого тела Эллиотта стекает вода.

Когда муж вернулся чистым и элегантным, облачившись в вечерний костюм, Белла чуть не расстроилась. И испугалась собственной реакции. Она старалась быть послушной женой.

Однако то, что чувствовала к нему, нельзя было назвать покорностью. Возникло подозрение, что в действительности она испытывала самую обычную похоть.

Эллиотт хотел, чтобы она получала удовольствие от интимной близости, однако приличной замужней женщине не полагалось извлекать наслаждение из телесной любви. Разве не так? К тому же с мужчиной, которого она не любила, сколь бы она ни уважала его. Похоже, Эллиотту хотелось непременно сделать ей приятно. Белла подозревала, что он станет меньше уважать себя, если это не удастся.

А будет ли он уважать Беллу больше или меньше из-за ее рвения? Он останется на ночь? — гадала она, пока Эллиотт отдавал указания лакеям накрыть стол рядом с ее постелью. Он сам занялся ее подносом.

Они говорили о лесопилках, нововведениях на ферме, сочетании цветов, тканях, предстоящем визите Бейнтонов, о том, нравится ли Эллиотту новый сорт кофе. Белла чувствовала себя непринужденно, радовалась, что может участвовать в разговоре, хотя бы задавая вопросы и поддерживая Эллиотта в делах имения.

Обед получился хорошим, а бокал кларета оказался нетерпким. К тому времени, когда он забрал ее поднос и позвонил, чтобы убрали посуду, Белла начала зевать и прикрыла рот рукой.

Или попыталась скрыть, что ей хочется спать. Но, как она убедилась, от Эллиотта скрыть удалось немного.

— Вы устали. Не стану мешать вам спать.

— Нет! Отчего же я могла устать? Я весь день ничего не делаю, — возразила Белла.

— Вы испугались.