Возлюбленная виконта

Оба стояли, обнявшись, не шевелясь. Рука Эллиотта обхватила ее грудь, ее рука его мужское достоинство, сжала еще крепче.

— Нет, Арабелла, подождите.

— Ваши сапоги, — вымолвила она, когда он подхватил ее и опустил на кровать.

— Будь прокляты эти сапоги.

— Одеяла! О! О, Эллиотт. Моя любовь. Вот так. — Она тут же забыла о сапогах, одеялах и всем прочем, когда он, охваченный страстью, уверенно вошел в нее. Она забыла обо всем, что было прежде. Принадлежала ему, а он принадлежал ей. Теперь она смутно догадалась, что все пойдет не так, как прежде.

Эллиотт довел Беллу до неожиданной и всепоглощающей кульминации, затем обнимал, шепча что-то, совершал нежные движения. Она снова начала понимать, что происходит, вцепилась пальцами в его плечи и сказала, прильнув к нему:

— Я люблю вас. Я люблю вас, Эллиотт.

— Арабелла, моя любовь. — Эллиотт отвечал на поцелуи, не в силах насытиться ею, чувствовал, что это первый и столь значимый для них раз. Снова овладел своими чувствами, ощутил под собой тело Беллы, услышал ее дыхание.

Почувствовал, как новая волна страсти хлынула на нее, и обнимал до тех пор, пока она не достигла новой кульминации. — Ты моя любовь навеки, — услышал он свой голос, когда страсть снова завладела им. — Навсегда.

— К лету эти клумбы пышно расцветут, — сказала Арабелла, прижимаясь к Эллиотту.

Они смотрели через окно гостиной на новые клумбы, которые Джонсон и его люди, включая Трабшоу, разбили среди дерна и начали высаживать кустарники.

— Почти конец марта, все дышит весной.

Маргарита тоже расцветает, — продолжила она. Эллиотт обнял ее за плечи и привлек к себе. Белла все еще не пришла в себя от радости, от осознания, что он принадлежит ей и любит ее. — Как вы думаете, можно ли быть счастливее?

— Вообще-то вряд ли, — согласился Эллиотт. Ему нравилось, как Белла чувственно реагировала на то, как он покусывал мочку ее уха. — Разумеется, я мог бы придумать, как усилить ощущение счастья.

— Вы способны на это, — заметила Арабелла. Всякий раз, вспоминая, что ей полагается быть респектабельной виконтессой, она пыталась говорить соответствующим тоном, но всегда терпела неудачу.

 — Случилось так, что у нас сегодня днем или вечером совсем нет никаких дел. Я решил устроить отдых, ибо завтра, нам придется собирать вещи и готовиться к отъезду в Лондон.

— Ваш первый сезон, леди Хэдли. Не страшно? — Эллиотт обрадовался тому, что она отложила поездку до хорошей погоды. Они удачно распоряжались свободным временем.