Возлюбленная виконта

 — Оба молча уставились друг на друга. Эллиотт был непреклонен, но не сказал «нет». — Говорите, пожалуйста.

— Я все думал, сколько вам потребуется времени для того, чтобы сказать это. Очень хорошо, но я больше ничего не должен слышать. Имейте это в виду.

— Хорошо. — Белла осталась довольна, но заметила, что его взгляд помрачнел, когда он отворачивался. Нет, это не игра. Белла училась постигать, как далеко можно зайти в браке.

— Отдыхайте, — бросил Эллиотт, оглянувшись. — Соизвольте поступить хотя бы так, как вам советуют.

— Я иду к себе. — Белла вошла в спальню. Тоби опередил ее прежде, чем она успела преградить ему путь.

Она закрыла дверь и прислонилась к ней. Она сказала, что пойдет в свою спальню, но не обещала, что станет отдыхать. Не сомневалась, что Эллиотт скоро поедет куда-нибудь, тогда можно будет все осмотреть и найти подходящее место для детской.

Эллиотту хотелось, чтобы Арабелла была менее уступчивой. Похоже, его желание сбывалось. Рано утверждать, что это приведет к желаемому результату.

Он запрыгнул в седло гнедой лошади и направился к ферме. Тернер будет гадать, что с ним сегодня случилось. Эллиотт почти каждое утро проводил с управляющим имения, стараясь привести землю и жилища арендаторов в то состояние, в каком они находились до того, как Рейф стал наследником. Брат не выказывал ни малейшего интереса к собственности, которая приносила ему значительную часть доходов, не передал управляющему достаточно полномочий, которые дали бы тому возможность распоряжаться ею должным образом.

Даже когда Эллиотт испытывал недостаток средств и столкнулся с халатностью, он применял новейшие достижения техники и несколько лет вкладывал большие деньги в Фоссе-Уоррен, но так и не смог поправить дела. Тернер все же был доволен, он имел право пользоваться деньгами, а работодатель проявлял ко всему разумный интерес.

Эллиотт заставил гнедую лошадь перейти на шаг, хотя та выказывала нетерпение.

Он не спешил обсуждать вопрос о том, на какое поле перенести выращивание репы и стоит ли купить несколько фруктовых садов в долине, как предлагал Тернер. Его больше занимали мысли об Арабелле и интимной близости. Эти мысли вытесняли прочие неприятные и трудные вопросы.