Онлайн-библиотека книг
А когда выныриваю, за бортом меня ждет обнаженная Лизонька. Серый комбинезон сброшен к ее ногам.
— Пройдемте на массаж, Арсений Всеволодович, — томно шепчет банщица и приглашающе улыбается.
Вот тебе и с легким паром.
* * *— Как попарился, дорогой? — спрашивает старшая жена, зайдя в гостиную, и застывает, удивленная. — Что-то случилось?
Задумчивый Кузьма в махровом банном халате утопает в кожаном кресле. Рядом стоит понурая Лизонька в хлопковом комбинезоне.
— Я старалась честно, барин, очень старалась понравиться гостю, но Арсений Всеволодович мной побрезговал, — плачет банщица.
— Думаю, нет, Лизонька, не побрезговал, — глава чешет правую бакенбарду. — Иди умой сопли и не накручивай себя. Нет здесь твоей вины, милая.
Стройная банщица, утирая слезы, уходит из комнаты. Старшая жена усаживается напротив мужа. Некоторое время оба молчат.
— Этот парень, Фрося, — вздыхает Кузьма. — Очень не прост.
— Чем же? — Ефросинья внимательно слушает. Сейчас муж снял любимую маску простецкого мужика и напряженно размышлял.
— Во-первых, Беркутов поддался мне в спарринге. Не захотел показывать превосходства, а это значит — он был уверен, что способен одолеть меня.
— Как же ты понял, что он поддался, дорогой?
— Меня сразу что-то напрягло, но не мог понять конкретную причину. Тогда принялся прокручивать записи спарринга. Крутил-крутил, пока не дошло.
— Мм, а во-вторых, надо думать, это Лизонька?
— Да, Беркутов не накинулся на нее аки голодный отрок. Думаю, он не захотел формировать субъективное мнение о нас.
— Либо у него просто не было настроения? — с намеком предполагает жена.
— Лизонька говорит, что с этим у него всё в порядке.
— Ясно, и что ты решил, дорогой?
— Решил, что выдам за него Иру, — кивает своим мыслям глава. — Парень — настоящий самородок. О нем сейчас все в княжестве говорят. Свиридовых уел перед Давыдычевым, свой завод вырвал из пропасти банкротства.
— Похоже, именно его боевые качества — решающий фактор, — скептически замечает жена.
— Не только. С парнем мы сможем получить преимущество над Свиридовыми. Они давно стоят у меня поперек горла. То зерновой контракт прямо из рук вырвут, то рынок свата подожгут мрази.
— А Иру ты спросил? Она у нас своенравная.
— Ирка сама по этому блондинчику сохнет, — отмахивается Кузьма.
