— Егор, ну тебе еще не надоело в игрушки играть? Ты же взрослый мужик.
— Антон, не начинай. Ты прекрасно знаешь про мою ситуацию. Мне нужны деньги. Много. Срочно. Банки я грабить не умею.
— Можно же кредит взять.
— Столько, сколько надо, мне не дадут.
— Ох, блин, Юрий Алексеевич…
— Юрий Алексеевич не блин, а другое слово.
Тоха покачал бокалом, звякая кубиками льда.
— Слушай, а на этой теме… вот реально столько денег можно поднять? Как биткоин, блин.
— С биткоином, если ты не умеешь на халяву пиздить электричество, все не так очевидно, — хмыкнул я.
— А это — реально тема.
— Слушай, но ты же сам говорил, что это для малолеток.
— Да, — вздохнул я. В третий раз. — Я для них старпер. И я реально еле вывожу весь этот… даже не знаю что. Цирк. Зоопарк. Детский сад. Моим всем по двадцать и меньше. Но зато я у них теперь выполняю функцию тренера — предыдущего они выгнали, потому что он сильно много хотел денег. А я хочу немного. Если возьмём первое место — мне моих призовых за глаза хватит.
Тоха вздохнул.
Со мной за компанию.
— Помню, как нас за это дома гнобили и в универе гоняли. А теперь — люди на этом деньги зарабатывают, чемпионаты проводят. «Контра», кто бы мог подумать.
— Не «Контра», а «Дота».
— Один хрен.
***"
"Я стояла, перекладывая пакет из одной руки в другую, и смотрела. Можно даже сказать — любовалась. За ручку моей двери был засунут букет сирени. И эта сирень точно не была наломана с куста у подъезда. Это явно какая-то сортовая сирень, с крупными гроздьями образцово-показательного сиреневого — ну а какого еще! — цвета.
А сам букет был перевит точно такого же цвета атласной ленточкой.
«Мой парень» Егор сдержал свое слово.
Пока я зависала над этим «знаком любви», хлопнула дверь лифтового холла, раздались тяжелые шаги и через пару секунд за моей спиной раздалось жизнерадостное:
— Ох и балует тебя твой Егорка, Леська. Замуж не зовет пока?
Я обернулась и попыталась взглядом передать Михе всю его неправоту в данном конкретном вопросе.
Мишаня хохотнул, но тему педалировать не стал — видимо, вовремя спохватился о том, что ему может понадобиться моя профессиональная помощь, а уколов здоровенный брутальный Миха боялся как ребенок и только мне доверял дырявить свою шкурку — по-соседски.
— Эх, — он наклонился и понюхал букет. — А как пахнет-то, как пахнет. Наломать своей Юляшке, что ли, тоже?
— Этот возьми, — я головой мотнула в сторону букета. — И подари.
А что, так будет даже в каком-то смысле справедливо.
