Мы только берем трофеи, а это совсем другое дело! Мы ведь этого оборотня захватили с оружием в руках, он вполне мог нас и перестрелять!
На этом их дискуссия была бесцеремонно прервана заглянувшим в раздевалку молодым лейтенантом с красной повязкой помдежа на безликом черном комбинезоне.
— Вы что тут застряли, парни? Вас ждут! Быстро давайте в актовый зал!
— Какой еще «актовый зал»? У нас сейчас минно-взрывная подготовка на пятом полигоне! — возразил Филин.
— Расписание изменено, — пояснил помощник дежурного. — Третью группу приказано собрать в актовом зале!
— Кто приказал?
— Генерал Вилховский.
— Он здесь, что ли?
— Да, только приехал. Он и будет проводить инструктаж.
Пожав плечами, бойцы отправились выполнять приказ. Скат задержался и оставил «трофейную» ручку в своем шкафчике, рядом с лежащим там телефоном, запрещенным к ношению на территории части.
— Капитан Восходов, генерал просил поторопиться! — крикнул ожидающий в дверях помдеж.
— Да иду уже, иду! — раздраженно отозвался Скат, захлопывая железную дверцу.
"
"Но этот короткий диалог и лязг железа о железо, отрезавший дальнейшие звуки, был воспринят чувствительным микрофоном Waterman’a и передан системой Connecte на телефон начальника службы безопасности концерна «Комплекс» Валерия Карнаухова. Причем в этот раз штатная работа системы имела и побочный эффект, не предусмотренный инициатором прослушивания: случайный разговор был перехвачен радиоэлектронной службой отдела контрразведывательного обеспечения подразделения «Кинжал». Обнаружение источника передачи информации на совершенно секретном объекте вызвало переполох, отдел был поднят по тревоге, хотя в соответствии с особенностями его деятельности и переполох, и тревога не вышли за пределы ограниченного круга лиц и не достигли актового зала «Кинжала», где генерал Вилховский проводил совещание с третьим отделением.
Он коротко изложил боевую задачу, на большой карте мира показал район предстоящей работы, подчеркнул ее важность и необходимость самого серьезного отношения к предстоящей операции, а также строжайшего соблюдения конспирации в ходе ее подготовки.
Сидящий за отдельным столиком между генералом и десятком слушателей капитан Гордеев из внутренней контрразведки нахмурился и принялся осматривать бойцов своим знаменитым «подозревающим» взглядом, словно хотел просветить их, как рентгеном.
— Выполнив эту задачу, вы подтвердите необоснованность подозрений, возникших в связи с печальным инцидентом на Щелковском шоссе, — сказал Вилховский.
