Перед огромной крепостью расстилалось обширное и идеально ровное пространство. Вернее, так было когда-то. Пролетели годы, прошли десятилетия, проползли века. Природа не стоит на месте и перешедший в наступление лес вновь вернул себе утраченные некогда позиции. Куда не дотянулись ветви толстенных дубов – доползли языки колючего кустарника и поросль дикого плюща. Даже каменные стены Твердыни не устояли перед этим медленным, но неотвратимым натиском и оказались увиты растениями снизу доверху. Приди мы сюда в середине лета, то с трудом различили бы серый камень крепости среди зеленой вакханалии, но сейчас стояла морозная зима и мы отчетливо различали торчащие из земли уродливые бугры самых различных форм и размеров.
И не требовалось быть убеленным сединами мудрецом, чтобы понять, что именно скрывает под собой толща земли.
Могильные курганы.
Твердынь была окружена несколькими рядами могильных курганов.
– Сколько же их здесь? – задумчиво произнес я. – Десятки… и в каждом из них…
– Сотни скелетов, – прохрипел бородач Рикар, вновь водружая шапку на голову.
– Где-то сжигали, а где-то и без огня обошлись – сбросили мертвецов в яму, короткую молитву прочли, да и прикопали. Это сейчас здесь вон какой лес вымахал, а раньше дров для костра здесь и в помине не было. Гномы постарались, выжгли да вырубили все под корень.
– Вместе с корень, – поправил здоровяка Тикса, не отводя глаз от чудовищного по размерам творения рук своего народа. – Ни один корешок в земле не остаться! Даже червяк не ползал!
Словно не услышав гнома, Рикар продолжил:
– Да и плевать всем было.
А что со своими мертвецами осажденные делали, того никто уже не знает. Хотя поговаривают, что тела глубоко в подземелья спускали, там на куски рубили и горящей смолой все это дело заливали.
– Ох, – непроизвольно вырвалось у меня, когда я непроизвольно представил себе эту картину."
"Трепещущий огонь факелов, пляшущие по стенам рваные тени, звуки мерных ударов, хруст расчленяемой плоти, клубы вонючего дыма и яростное шипение раскаленной бурлящей смолы стекающей на человеческие останки… Мерзко и бесчеловечно.
Но оправданно – всё ради того, чтобы бывший товарищ по оружию не восстал из мертвых. В те времена здесь воевали не только сталью и стихийной магией. То было время очередного расцвета некромантии…
– Создатель. – прошептала подошедшая Алларисса, прижав ко рту ладонь. – Как представлю…
Похоже, не только у меня одного богато развито воображение…
– Но это только слухи, – пожал широченными плечами Рикар.
