За нашими спинами, шагах так в двадцати поодаль, поверх оставленного нами следа скромно сидели два огромных белоснежных зверя, лениво скалясь здоровенными пастями. Сгархи…
Один из чудовищных зверей наклонил лобастую морду и заглянул мне в глаза.
«Здравствуй, старый друг… рад чувствовать твой запах еще раз… вижу, твой детеныш еще не подрос, но ему уже попортили шкуру…»
— Здравствуй, Трехпалый, — улыбнулся я в ответ и делая шаг к зверю. — Я тоже рад, что ты жив и здоров.
— Я не детеныш! — возмущенно заорал гном, шустро прыгая к сгарху на здоровой ноге.
— Я гном! Большой и крепкий, как скала, гном!
— Они теперь у нас живут, господин, — весело произнес Литас, с размаху хлопая Рикара по плечу. — Такие вот дела, борода! Столько всего изменилось, пока вас не было! Ох! Дня не хватит, чтобы рассказать! Да чего мы стоим?! А ну, хватайте веревки, впрягайтесь в волокуши и домой что есть духу, там уж кухарки и столы накрыли! Только вас дожидаемся!
Глава восьмая
Домашняя суета и новые открытия, приятные и не очень
На этот раз мое возвращение домой было радостным и светлым.
Никто не изменялся в лице, завидев мою внешность и щупальца, никто не отходил с моей дороги, а, наоборот, старались подойти поближе и перекинуться парой слов с вернувшимся из очередного опасного путешествия господином. Что, несомненно, добавило мне еще больше хорошего настроения. Я больше не чувствовал себя отверженным изгоем, я был дома.
Едва мы перебрались через защитную стену в поселение, нас уже ждал пиршественный стол, причем расположенный поперек двора, одним концом уходящий внутрь пещеры, а другой стороной оставаясь снаружи.
Таким образом и я смог присоединиться к всеобщему торжеству и отпраздновать наше возвращение. Наплевав на царящий во дворе холод, рядом со мной уселись самые близкие мне люди и гномы, ревниво потеснив остальных. Мастера братья, степенный Койн, не замолкающий ни на минуту Тикса, вновь обросший черной бородкой Мукри, глава охотников Литас, Тезка хозяйственник, конечно же не обошлось и без Рикара, усевшегося по правую руку от меня и по-хозяйски придвинувшего к себе поближе олений бок.
Им не удалось избавиться только от трех человек — от снявших шлемы ниргалов, бесстрастно усевшихся за стол поближе ко мне, и от Аллариссы, плюхнувшейся на лавку рядом с Койном. Что самое удивительное, возвращению девушки обрадовались все без исключения.
