Повернувшись, я выхватил у одного из воинов обитый дубленой кожей деревянный щит и вновь зашагал вперед, держа его чуть в стороне и тем самым превратив себя в живой щит, защищающий идущих сзади воинов от жалящих стрел врага. Понявший мой замысел Рикар заревел во всю глотку, веля всем держаться за моей спиной и прикрывать беззащитных лучников. Вставшие за моими плечами ниргалы довершили дело. Теперь по коридору в ряд двигалось три закованных в полный стальной доспех воинов, принимая на себя стрелы врага и полностью перекрывая нору от стены до стены.
С каждым нашим шагов по все понижающемуся коридору становилось все теплее, и мое лицо горело от боли, что добавляло мне еще больше ярости и злобы. Но с каждым павшим от удара щупальцем врагом боль на мгновение утихала, когда перетекающая по окровавленным ледяным отросткам жизненная сила наполняла мое тело.
Рикар, осознавший, что я слишком увлекся истреблением врага, окончательно принял командование на себя. Я то и дело слышал его отрывистые приказы.
Шедший за нами отряд перестроился, выпустив перед собой щитоносцев, за ними в два ряда встали лучники, замыкали строй воины ближнего боя, нет-нет да посматривающие назад, чтобы могущие зайти в тыл враги не застали нас врасплох. Одной спаянной группой мы продвигались вперед, с ходу проламывая жидкое сопротивление гоблинов и спускаясь все глубже в поселение шурдов.
К тому времени когда мы достигли первого ответвления оказавшегося невероятно длинного земляного хода, за нашими спинами осталось никак не меньше шести десятков поверженных врагов.
Самая настоящая бойня. Но большей частью от нашей руки пали обычные гоблины и костяные пауки, которых шурды, не дрогнув, послали на заклание. Помня о страшных некромантских заклинаниях, я ускорил шаг, торопясь добраться до настоящих владык, но сейчас все решает время. Чем скорее мы доберемся до шурдов, тем меньше у них будет возможностей подготовить какую-нибудь пакость, вроде того страшного заклинания, при помощи которого шурдский военачальник-старейшина одним ударом убил кучу народа и поднял нежить.
Но ничего подобного так и не случилось. Мертвяки, костяные пауки — всего этого было в избытке, все это встретилось нам на пути, и все это воинство бесславно полегло под ударами нашего оружия. И только потом, намного позже, через часы и дни после учиненного нами побоища, я наконец понял, почему ни один из шурдов так и не сумел толком использовать против нас своих познаний в некромантии.
