И ответ был прост — у них попросту не было энергии. Я попросту впитывал ее подобно губке, забирал все без остатка, втягивал через свои щупальца клубящуюся над трупами силу — да, теперь я отчетливо различал черно-серое дрожащее марево, на короткое время зависающее над мертвыми телами и бесследно рассеивающееся через несколько мгновений — марево было только в том случае, если гоблин погибал от удара обычным оружием. Если врага убивало одно из моих щупалец, то никаких остатков жизненной силы не оставалось.
Щупальца жадно подъедали все без остатка, умудряясь мимоходом прихватить и разлитые в воздухе остатки.
Возможно, у шурдов еще был шанс сотворить свою темную волшбу — попросту принеся в жертвы своих сородичей и использовав извлеченную из них энергию. Но они просто не успели. Наш натиск был слишком быстрым и неудержимым. Обычная тактика шурдов потерпела сокрушительное поражение. Их стрелы безвредно отскакивали от моих доспехов и брони ниргалов. Пауки успевали полыхнуть парализующим светом из глазниц оскаленных черепов, но на меня эта магия больше не действовала, равно как и на щупальца.
Наскакивающие на нас с дикими воплями гоблины умирали один за другим — от выпущенных в упор стрел, от метательных ножей пиратов, от мечей и топоров разрубающих их головы, от моих щупалец, пронзающих щуплые тела насквозь и зачастую тотчас впиваясь в следующего врага, образуя страшные гирлянды из насаженных на ледяные отростки трупов. Сегодня пришедшая в их дом смерть была не обделена фантазией и творчески подошла к умерщвлению гоблинов, для каждого находя свой особенный способ лишения жизни.
Сегодня мы яростно мстили шурдам за все причиненное ими зло, за долгие месяцы нашего страха, за всех наших людей, павших от их оружия."
"А затем последний шурд упал бездыханным и за ним не оказалось больше никого. Откуда-то издалека доносился удаляющийся вой перепуганных шурдов. Враг не выдержал и побежал, спасая свою жизнь. Побежали к заднему выходу из своих вонючих нор, прямиком к ждущей в засаде второй группе и прямиком в лапы жаждущих крови сгархов.
А следом за ними шли мы. Правда, сейчас куда как медленнее — на каждом шагу начали попадаться отнорки, ведущие в небольшие затхлые комнатки, набитые гнилыми шкурами и прячущимися под ними шурдами, не сумевшими удрать по разным причинам. И в этот момент схватка превратилась в обычную бойню. В настоящее кровавое побоище, не встречающее никакого сопротивления.
