Возвращение Бешеного

Константин Иванович разработал для себя классификацию всех людей по склонностям и характеру, по образу их звериной сущности: тот волк, тот лиса, а тот лев. И в этой классификации он сразу же отвел спикеру змеиную сущность. Этому человеку он никогда не смог бы довериться до конца и — всегда оставался бы настороже, даже при возникновении признаков дружбы.

Подчиняясь интуиции, своему «поводырю по жизни», Константин Иванович отобрал троих наиболее преданных сотрудников и поручил им постоянное негласное наблюдение за спикером.

Не вдаваясь в подробности, он, оставаясь верным себе — не доверять до конца никому, приказал им вести наблюдение так, чтобы ни объект, ни его сотрудники ничего не заподозрили. Оперативную сводку наблюдений раз в три дня докладывать лично ему, но при экстренных ситуациях — в любое время. В случае обнаружения слежки сотрудники должны были сослаться на Богомолова и представить легенду о дополнительной охране спикера.

Отправляясь на встречу со своими друзьями (а они виделись, по крайней мере, раз в месяц), Константин Иванович, даже не предполагал, что эта встреча тоже подстроена и на ней он увидит не своих старых друзей, а спикера.

Они разговаривали с глазу на глаз, и за эти сорок минут их никто не побеспокоил.

В первый момент он несколько растерялся, и это не ускользнуло от внимания второго человека в стране. И сейчас, вспоминая эти минуты, Богомолов поморщился. Хитрая улыбочка человека, довольного произведенным эффектом, маска доброжелательности и покровительственный тон — словом, все вызвало у него чувство брезгливости.

Он ощущал себя так, словно побывал в серпентарии и даже прикасался к тварям.

— Ну, что уж вы так — улыбнулся спикер, вставая из-за стола и направляясь к генералу с протянутыми руками. — Боевой офицер, генерал Госбезопасности — и вдруг растерялся. Вы уж извините за такой сюрприз, но очень не хотелось привлекать к нашей встрече ненужного внимания. Здравствуйте, дорогой Константин Иванович! — Он покровительственно обнял и похлопал его по спине.

 — Присаживайтесь. — Он вдруг ехидно рассмеялся. — Тут как-то пришел ко мне один, и я ему: «Садитесь, дорогой!» А он мне в ответ с этакой обидой в голосе: «Я уже сидел!» Ничего, как считаешь?

Генерал, не зная что ответить, пожал плечами, но спикер и не ожидал ответа.

— Как видишь, тебе не предлагаю «садиться»! — сказал он, глядя генералу прямо в глаза, но тут же вновь рассмеялся. — Ладно, шутки в сторону.