Возвращение Бешеного

— О, завтрак очень легкий! — весело воскликнул Савелий. — Чай, ветчина, масло, красная икра, немного красной рыбки и пару яиц всмятку.

— Хорошо, завтрак будет подан через двадцать минут. — Тридцать пять, если не возражаете, — поправил Савелий.

— Через тридцать пять минут, — так же невозмутимо согласился он.

«Видно, хозяин провел с ним разъяснительную работу», — подумал Савелий и, насвистывая, пошел в сторону второй ванной комнаты…

Сегодня ночью, несмотря на все усилия расслабиться перед ответственным днем, Савелий долго не мог заснуть.

Его возбужденный мозг анализировал и предстоящие бои, и возможные встречи с неожиданным противником вне татами. Чем больше он размышлял, тем больше приходил к выводу, что сегодняшние его «хозяева», как ни странно, находятся на его стороне и будут всеми силами обеспечивать его безопасность.

Ему пришла в голову нахальная мысль: взять и проиграть последний поединок. Он даже хихикнул от удовольствия. Можно себе представить, что будет с Лолитой и ее «милым», сделай он такое! Нет, он не может позволить себе роскоши опуститься до такой унизительной мести.

Не может! Тем более, он уверен, что Андрюшка наверняка поставит на него свои копейки, а подвести друга он не мог.

От мыслей о врагах он постепенно переключился на мысли о своих близких. Ему вдруг вспомнилась мать, ее роскошные светлые волосы. На миг ему показалось, что он чувствует ее дыхание, вдыхает ее запах. Вызвав эти болезненные воспоминания, он неожиданно снова очутился в ТОЙ машине, на ее коленях, почувствовал на щеке ласковую материнскую руку.

Он ощутил ее последний поцелуй и тут же был вышвырнут этими ласковыми руками из машины. Савелий так явно ощутил ТУ боль в сломанной руке, что даже заскрежетал зубами, словно пытаясь эту боль скрыть… «Мама! Мамочка! Как же мне тебя все время не хватало! Сколько раз я просыпался ночами, когда ты приходила ко мне во сне! И каждый раз, когда я, поверив в то, что ты реальна, открывал глаза, не находил тебя рядом и горько рыдал от непоправимой потери».

Савелия всегда удивляло, что он, горячо любя своего отца, гораздо реже вспоминал его и не ощущал той боли, которую чувствовал, думая о матери.

Его мысли неожиданно выхватили образ Учителя. Как он там, как его здоровье? Почему в последний раз, явившись ему, он говорил такие странные вещи? Вспомнив Учителя, Савелий вдруг почувствовал тяжесть в груди, словно его чем-то ударили. Сердце забилось учащенно и тревожно.