Возвращение Бешеного

Савелий перевел камеру на вторую пару — Говорова и Наташу. Здесь говорил только Говоров, а Наташа с тревогой смотрела вперед и внимательно слушала.

Взглянув на девушку, Савелий немного взгрустнул. Ему захотелось прижать ее к себе, успокоить, попросить прощения за то, что заставил ее так нервничать. Ничего, все кончится, и он объяснит ей… Он уверен, она поймет его и простит.

Потом он перевел камеру на самодовольного Красавчика-Стива, тискающего какую-то блондинку с длинными ногами, и внушительного парня, сидящего с глуповатым видом и уплетающего за обе щеки фрукты, которые он запивал шампанским.

Здесь ничего интересного не было, и Савелий направил камеру на хмурое лицо Франка. Его кресло было расположено гораздо ближе к камере, и он смог укрупнить его лицо настолько, что хорошо рассмотрел его глаза.

Сейчас, когда Франк не видел Савелия и не мог «защищаться», Савелий совершенно четко понял, что этот человек очень опасен. Он обладает такой внутренней энергией, что если бы у Савелия не было за плечами школы Учителя, то он вряд ли смог бы противостоять ему.

Даже когда он стоял в окружении телохранителей, когда, казалось бы, переплетаются энергии нескольких человек, даже тогда он ощутил попытку сильного воздействия на его подсознание. Интересно, чего он добивался? Вряд ли этого типа послали только для того, чтобы ослабить его во время схватки в финале…

Скорее всего, Савелия хотят подчинить себе, заставить на кого-то работать. В чем же должна заключаться эта работа? У него вдруг мелькнула мысль: а что, если сделать вид, будто воля его подчинилась чужому разуму и попытаться подыграть, чтобы вскрыть истинную причину повышенного внимания к себе? Как жалко, что нет возможности спокойно обсудить этот вариант с друзьями, сидящими в зале! Нет, он не имеет права предпринимать такие серьезные шаги, потому что этим подвергнет опасности не только свою жизнь, к чему давно привык, но и близких ему людей.

Он снова машинально направил камеру на Наташу и заметил, что за девушкой внимательно следит какой-то детина, сидящий через пару кресел от нее.

Сначала Савелий подумал, что девушка просто приглянулась ему, но потом заметил взгляд парня, который мог принадлежать только наемному убийце, — холодный, расчетливый и беспощадный. Теперь ему до конца стало ясно, на что намекал Леша-Шкаф, когда говорил, что он не должен выкидывать какие-либо «фокусы», чтобы не причинять неприятностей своим знакомым.