Глава 3
Переговоры
Проблему с жильем следовало решать в кратчайшие сроки, потому что недострой, который дети присмотрели как место постоянного обитания, летом казался пригодным, теперь же — нет. В подвале, наиболее подходящем для ночлега, собралась вода, плиты второго этажа протекали, и весь первый, кроме крошечного пятачка, намок. К тому же похолодало, под одним покрывалом будет холодно.
Светка рыдала и не хотела меня отпускать — она в очередной раз лишилась крова и теплой постели. Сегодня ей по-любому придется где-то искать ночлег, потому что приезжает бабка Тимофея, и спать она будет в своем доме.
"
"Я посмотрел на сбившихся в стайку четырех старушек, подруг бабы Марфы. Интересно, есть среди них одинокие, которые приютили бы сирот на несколько дней? Нужно было подойти и спросить прямо, но после милой беседы с Аллочкой, которая до сих пор бесновалась, сама себе высказывая, какие все вокруг паразиты, меня сразила социофобия.
Я потоптался на месте, посмотрел на плачущую Свету, сунул руку в карман, вспомнил, что деньги, взятые на всякий случай четыре тысячи, остались в промокшей одежде.
Перевел взгляд на старушек, на Свету и растерянную поникшую Лидию. Опять — на старушек. Как там говорят? За спрос не дают в нос. Но меня буквально парализовало, как Яна при виде летающей руки.
Аллочка меня деморализовала, а значит, наполовину победила. Гниль разъела реальность, как кислота. Разве это правильно? Нет. Никто, кроме меня, не восстановит баланс. Помолчав немного, я сказал:
— Лидия, побудьте здесь, нужно кое-что выяснить.
— И направился к старушкам.
— Здравствуйте, — хрипнул я, они повернули ко мне головы, и слова пропали, я брякнул первое, что пришло на ум: — Вы хорошо знали бабушку Марфу?
Позиция оказалась правильной: старушки начали наперебой рассказывать, каким хорошим человеком была покойная, а бесстыжая Алка — вся в Ваньку, кобеля проклятого, который баб домой водил и двери закрывал, а жена вокруг бегала и плакала, да Бог наказал его, разума лишил.
Старушка, сын которой дружил с младшим сыном бабы Марфы, заверила, что непременно с ним свяжется, пока Алка его на дом не опрокинула, ведь и сын имеет право на наследство.
Самая молодая их товарка, круглая и румяная, поделилась:
— Марфа про тебя рассказывала, ты тот самый мальчик, который детям еду покупал, да?
Я кивнул.
— Да, они сироты, я взял над ними шефство. Вроде стали выправляться дети, учились, старикам помогали, а те позволяли им жить в тепле. Теперь на улицу пойдут. Жалко.
