Врачебная ошибка

– Как это – зачем? Чтоб не болтали кому ни попадя, что он клад нашел! Наверняка ведь они поняли, что к чему… В общем, ищите соседа – может, он грохнул тех ребят-то из Средней Азии? Или услал подальше, чтобы не трепались.

Выйдя от оказавшейся неожиданно гостеприимной пожилой дамы, Павел втянул ноздрями вечерний воздух – он и не подозревал, что провел в доме старушки так много времени. Все-таки здорово, что в этих широтах в мае не темнеет, наступление вечера угадывается лишь по легкой дымке, подступающей с запада и постепенно окутывающей светлое небо.

Сквозь эту дымку в ясные дни, как сегодня, будет неярко светить солнце, до самого утра. Пахло свежевскопанной землей и кострами: селяне сжигали мусор, оставшийся с осени. Кто-то жарил шашлыки. Рот Трофименко наполнился слюной: как ни хороши молочные продукты Галины Степановны, а молодой организм требует мяса!

Отогнав от себя мысли о еде, Павел огляделся в попытке сориентироваться. Галина Степановна сказала, что лабаз находится вниз по «главной» дороге (именно так здесь называлась посыпанная гравием тропинка) – в стороне, противоположной озеру и лесу.

Что ж, после еды полезно прогуляться, решил он. Идя по тропинке, Трофименко сорвал с какой-то калитки объявление о продаже участка. На нем действительно был телефон и имя: Виталий Хренников.

Я снова изводила себя: неожиданно наступили выходные, и Олег приехал за Анютой. Она не плакала, расставаясь со мной, будто понимая, что забирает ее не кто-нибудь, а родной отец. Абель давно не звонила, и мне стало казаться, что наше с Шиловым «дело» постепенно глохнет.

Может, он одумался? Я боялась спросить – вдруг они с адвокатами готовят нам с Андреем какую-нибудь подлянку, а Олег, глядя мне в глаза, будет врать? Но в глубине души я надеялась, что здравый смысл возобладает. Ну почему мы не можем мирно сосуществовать, как большинство родителей в разводе? Его навязчивая идея получить единоличную опеку абсурдна, почему же Шилов этого не понимает?!

Андрей благоразумно старается держаться нейтрально, но я не могу не замечать, как тяжело он переживает сложившуюся ситуацию.

Он успел привязаться к ребенку, который не является ему родным по крови, да и мое взвинченное состояние дела не улучшает. Мы старательно избегаем этой темы, но от этого легче не становится. Рано или поздно грянет гром, и я лишь надеюсь на то, что этот момент удастся отсрочить.

Передав Анюту Олегу из рук в руки, я еще долго стояла на улице, глядя вслед его удаляющемуся автомобилю.