Врачебная ошибка

– Насколько давненько?

– Это кажется вам странным?

– Ну, не то чтобы он без конца названивал, но раз в неделю обычно прорезался. Я решила сама звякнуть, но телефон не отвечает.

– Ясненько… Что ж, спасибо за откровенность, Маргарита Семеновна. Всего доброго…

Вдруг женщина подалась вперед и схватила Павла за руку. Подняв к нему широкое, полное лицо, опутанное тонкой красной сеточкой сосудов, на щеках и лбу слишком близко подступавших к коже, она спросила:

– А почему вы у девушки Антоши не спросите, где он?

Вот оно – то, чего пытался избежать Трофименко.

Но ничего не попишешь, пришлось отвечать.

– Как… умерла?! – пробормотала мать. – Она же молоденькая совсем!

– Никто не застрахован от врачебной ошибки, – со вздохом ответил Павел.

– Но почему Антоша домой не приехал? Не позвонил, не рассказал, что такое несчастье… С Антошей все в порядке, вы меня не обманываете?

– Что вы, нет, конечно!

– Как найдете его, скажете, чтобы сразу позвонил мне?

– Разумеется. – Почему-то решив, что этого недостаточно, Павел добавил более мягким голосом: – Вы не переживайте, Маргарита Семеновна, все будет хорошо!

Павел уже собирался уходить, как вдруг женщина окликнула его.

– Да? – обернулся он.

– А может, вам с Костиком поговорить?

– Костик, друг Антошин закадычный… Они в школе неразлейвода были, да и сейчас связи не теряют.

– А адрес друга можно получить?

Хорошо, что старший администратор Алла дала мне кое-какие имена людей, близко знавших Марию Митину.

Среди них обнаружилась некая Анастасия Чечина – по словам Аллы, она являлась близкой подругой Митиной и должна была все о ней знать. Поэтому во вторник, едва освободившись, я отправилась прямиком к ней. Андрея предупреждать не стала: возможно, визит окажется пустышкой, да еще и придется лишний раз выслушать длинную нотацию на тему «Шилов против Агнии в борьбе за дочку». Почему я должна подчинять свою жизнь дурацкому судебному процессу? В конце концов, у меня есть адвокат – вот пусть она и занимается моими проблемами! Ведь ясно же, что бы я ни делала, Шилов не отступится, поэтому не имеет смысла и стараться. Я – хорошая мать и провожу с дочерью столько времени, сколько могу. Людям требуется моя помощь, и это – моя работа, как и та, которой я занимаюсь в операционной. Пусть кто-нибудь попробует это оспорить!

По телефону мы с Анастасией договорились встретиться в пирожковой на станции метро «Черная речка».