Немногочисленные немецкие тыловики, размещенные в этой части города, теряя людей и вяло отстреливаясь, отступали на север к улице Ленина, потому что не имели на вооружении ничего серьезнее пистолетов и карабинов Маузера, образца 1898 года. И хоть общая численность размещенной в Сураже немецкой группировки была в несколько раз больше, чем численность атакующей ее российской БТГр, но эта группировка была механической суммой отдельных мелких тыловых частей, не имеющих тяжелого вооружения и принадлежащих к трем разным дивизиям, а поэтому не объединенных под единым командованием.
По этой причине боя в нормальном понимании у немцев не получилось. Все вылилось в серию отдельных огневых стычек, когда в ответ на одиночный выстрел следовало несколько пулеметных и автоматных очередей, и беспорядочное отступление в лабиринте узких кривых улочек.
Тем более что после того, как БТГр-2 приступила к вытеснению противника из южной части города, следующая за ней по трассе БТГр-3 на маршевых скоростях обогнула город по Вокзальной улице и ворвалась в него с западного направления, беспощадно подавляя любое сопротивление.
Самой последней в Сураж вошла колонна штабных и тыловых подразделений 488-го мотострелкового полка вкупе с самоходным артиллерийским гаубичным дивизионом."
"Таким образом, к девяти часам утра все было кончено. Часть немецких солдат и офицеров смогла отступить в лесной массив, расположенный к северо-востоку от города, часть была уничтожена с оружием в руках, а остальные, побросав оружие, задрали вверх руки.
Ну, спрашивается, какие вояки из слесарей ремонтного батальона и госпитальных санитаров, тем более что прет на них неведомая сила, до зубов вооруженная и первоклассно обученная, которую даже в страшном сне не перепутаешь с Красной Армией образца сорок первого года.
20 августа 1941 года. 10:15. Брянская область, райцентр Сураж.
Учительница немецкого языка в школе № 1, Варвара Ивановна Истрицкая, 1915 года рождения, из дворян, беспартийная и незамужняя.
Нельзя сказать, что я, дворянка и интеллигент в Бог его знает каком поколении, люблю Советскую власть. Чего нет, того нет. Мы с ней друг другу чужие, и нет между нами ничего общего. Но при всем при этом я ни в коем случае не желаю поражения своей стране и своему народу. Это совершенно исключено, потому что это было бы подло.
