Я села возле окна, подперла рукой подбородок. Слезы продолжали накатывать, сдерживать их становилось сложней. Когда они закончатся? Я вытащила телефон, думала, включу музыку, но увидела оповещение о входящем сообщении ВК. Отправитель «Н.Н». Текст сообщения не отразился в уведомлении. Я всхлипнула, к черту. Вздохнула и включила режим полета. Музыка у меня есть скаченная, да и книги тоже. Родители звонить не будут, потому что еду к ним. А остальные… неважно.
Мир вдруг потерял для меня значимость. Стал серым, одной большой свинцовой тучей.
Поезд двинулся, картинки сменяли друг друга, а я тонула в собственных воспоминаниях. Слишком горьких, слишком ярких. Мне казалось, мы были счастливы.
А были ли…
Всю дорогу я держалась. Хотя это было сложно. В такие минуты грудь душит, давит, и ты задыхаешься. Наверное, чувства разбитой любви меня душили. Жаль, что нельзя повернуть время вспять. Пройти мимо бабушки Ромы. Не помогать ей, не улыбаться и не называть своего имени.
В родной город я прибыла почти к восьми вечера.
Взяла такси, частника, который стоял рядом со станцией. Заплатила почти триста рублей, чтобы выслушивать нудные истории в прокуренном салоне от незнакомого дедушки. В колонках играл шансон, а у меня периодически тряслись губы. Накатывало.
Ненавидела ли я в тот момент Филатова? Не знаю… сложно сказать. Себя ненавидела больше. Сама виновата.
Таксист подвез меня к подъезду, даже дверь любезно открыл. Я сухо отблагодарила и поежилась. Холодно. В город зима пришла незаметно, как и в мое сердце.
– Катя! Дочка! – воскликнула удивленно мама, разглядывая меня на пороге. Потянула руки, внутри у меня все разорвалось, и я, прильнув к ее груди, разревелась.
– Милая, ну ты чего, – обеспокоенно спросила она.
– Катюшка, дочка, – раздался голос отца. Мама ему шикнула, а я так и продолжила упиваться от обиды, которая грызла каждую клеточку тела.
Глава 43
Рома"
"Я изначально не хотел ехать домой к матери. Чувствовал, что-то не так. Отец не напивался никогда до усрачки, а уж чтоб упасть на кухне пластом – это вообще не про него.
Однако и не поехать не мог. Все-таки родители. Мало ли реально беда.
Катя еще такая понимающая, любящая, оставлять ее одну – вечная болезнь. В последнее время меня невыносимо к ней тянуло. Хотелось постоянно быть рядом, целовать, обнимать. Переехала бы уже с концами, но Рина каждый раз возвращалась домой. В общем, ехал я в отчий дом с мыслями о своей солнечной девочке.
