Вредная волшебная палочка

Понимаете теперь, почему я сразу поняла, что Небов не один в коттедже? В холле витала смесь разных ароматов.

В кабинете, куда нас провел хозяин, находилась Наталья Марковна.

– Как вы себя чувствуете? – спросила я.

– Нет слов, чтобы описать мое состояние, – ответила Монтини, – позавчера я вышла из больницы, в свой дом зайти не могу, ночевала у Пети. Спасибо им с женой за гостеприимство. Ты, наверное, хочешь узнать, как мои мальчики? И Зина? Постеснялась спросить?

Я кивнула. Наталья прикрыла глаза рукой.

– Никита Сергеевич, скажите сами.

Хозяин кабинета сидел в кресле напротив меня, положив ногу на ногу.

– Виктор, который лежал в реанимации, и Зина скончались. Эдуард в тяжелом состоянии, у врачей в отношении него нет ни малейшего оптимизма. Он в коме, на аппаратах.

– Ужасно, – прошептала Монтини, – мои дети!

– В компот, который все пили в саду, подмешали большую дозу лекарства, – продолжал начальник полиции, – оно продается в аптеках, но только по рецепту. Врачи выписывают его людям с проблемами сердечно-сосудистой системы.

Но, если принять не одну таблетку в день, а, допустим, пять-семь, летальный исход наступит быстро. Препарат легко растворим в любой жидкости, которая не изменит цвета, не приобретет особого вкуса. И, что для нас важно, эксперт без особого труда определит наличие данного препарата в организме покойного.

– Это Аня сделала, – прошептала Монтини, – моя невестка на самом деле Рада, дочь цыганки Ляли. Серафима Николаевна сообщила Степаниде, что ее ученики: Полина Носова, Зинаида Панькина, Нина Аракина и мои мальчики – подожгли деревню, где поселили цыган.

Можете меня за это наказать. Пожалуйста! Мне уже все равно!

– Две девочки, которые находились на попечении Серафимы, ухитрились ночью покинуть спальни, отправиться через лес в село, – сказала я. – К ним присоединилась Зинаида, золотая медалистка, она жила с непутевой матерью в деревне. С девочками были Витя и Эдик, сыновья Монтини. Виктору нравилась Зина, Эдику Нина. Но в компании еще была Полина Носова, которой из-за бурной половой жизни в кефир подсыпали лекарство.

Препарат убил весь подростковый гормональный фон, наверное, поэтому Поля просто дружила с мальчиками, у нее не было кавалера. В советские времена в Москве и области работало несколько интернатов, куда принимали подростков, чьи родители трудились за границей или в таких местах, куда не рекомендовалось брать детей. В Европе, Америке можно спокойно жить с ребенком.