Вредная волшебная палочка

– И вы остались, – произнес за нее Никита Сергеевич.

– Представляю, как вас ела обида, – воскликнула я.

– Нет, – неожиданно возразила Наташа, – я отпустила Леню. Морально. Поняла, он, как Борис Викторович, эгоист, обожает исключительно себя. Он влюбился, женщина одна ему очень понравилась. Брагин с ней жил, но разводиться со мной не собирался, понимал, что как жена я идеальна. А вторая баба была строптивая, что хотела, то и творила. Она взяла и ребенка родила, о беременности ему не сообщила. Леня все понял, когда шестой месяц пошел.

Любовница ему заявила:

– Откажешься ребенка на себя записать? Устрою такой бенц! И уйду от тебя!

Брагин испугался, он не хотел ту бабу терять, она его к себе сексом крепко привязала. Но и сына признавать опасался. Потом его осенило, он взял мой паспорт, справку из роддома, и я стала матерью. В загсе заведующая была оголтелой поклонницей Лени, из породы сумасшедших, кто коврики у дверей кумира на лестнице целуют. Брагин ей все честно объяснил. Чиновница выдала паре свидетельство о рождении ребенка, а в книге расписаться не дала.

Любовница понятия не имела, что надо где-то подпись поставить. А когда молодые родители ушли, тетка оформила другой документ, где матерью указала меня. Вот эти данные и занесли куда надо. Леня на следующий день пришел, поставил закорючки за себя и за меня. И с Эдиком так же поступил.

– Оригинально, – усмехнулся Небов, – начни сожительница капризничать, требовать алименты, на свет выплывет метрика, где она как мать не упомянута.

– Могу понять, что женщина ухитрилась родить одного ребенка, – протянула я, – но зачем производить на свет двоих? Или Леонид ее так сильно любил? Странно тогда, почему муж с вами не развелся?

Монтини поморщилась.

– Мне он ничего объяснять не стал. Вот с матерью поговорил, а я их беседу подслушала. У Леонида от Сони тайн не было. Он ей всегда честно на любые вопросы отвечал. Свекровь решила, что я спать легла, и на сына напала: «Спи с кем и сколько хочешь, но больше детей нам не надо.

Этих-то много». Он ей и объяснил. Баба та в постели огонь. А я, если уж совсем честно, стеснительная. На всякие извращения не способна. Ну не нравится мне, когда в постели трое. И в парке заниматься сексом не соглашусь, под кустом… Мне подходит только супружеская спальня, и чтобы свет не горел. Неудобно мне, когда муж меня рассматривает. Леонид ко мне в первую неделю брака интерес потерял. Любовница же на любой каприз Брагина была согласна, да еще с удовольствием.