Вредность - не порок

Что еще должно случиться, чтобы вы наконец зашевелились?

Габриэль продолжал говорить, но я дальше не слушала. Пепелище? Всплески темной магии? Значит, они и правда были! Я забежала к себе в комнату, закрыла дверь и стала метаться из угла в угол. Может, надо пойти и рассказать им все: про дом, про…

Или все-таки не надо?

Так ничего и не надумав, я рухнула на кровать и уснула. Со мной всегда так: когда не знаю, что делать, я засыпаю. Обычно стоит с проблемой «переспать», и я прихожу к какому-нибудь решению.

Меня разбудил настойчивый стук в дверь. Нет, ну что за люди?!

Не успела я встать, как дверь со стуком распахнулась и в комнату буквально влетел Габриэль. За ним вошел Алекс. Судя по выражению на их лицах, они пришли не для того, чтобы пожелать мне сладких снов.

Габриэль уселся в кресло и бесцеремонно уставился на меня. От этого мне срочно захотелось залезть под кровать. Я бросила жалобный взгляд на Алекса:

— Что вообще происходит?

— Не бойся, Ксения, — ответил он, приземляясь на край кровати и ободряюще сжимая мою руку.

Ничего себе! Впрочем, руку я не убрала, даже наоборот — вцепилась покрепче. Ладонь у него оказалась теплая, это почему-то действовало на меня успокаивающе.

— Как ты попала в долину? — задал первый вопрос Габриэль.

— А разве Алекс тебе не рассказал?

— Рассказал. Теперь я хочу знать, что было до того, как он тебя нашел.

— Да много чего было! Солнышко там, птички разные…

— Ах ты, маленькая паршивка!.

Впервые я увидела в нем властелина. Его обычно спокойный и ровный голос звучал жестко, а в серебристо-серых глазах, которые обычно лучились спокойным светом, появился стальной блеск. Как ни странно, Габриэль послушно вернулся в кресло.

— Да, это был мой дом.

— Что? — Алекс непонимающе уставился на меня.

— Я случайно услышала ваш разговор во дворе. То пепелище возле Страшного леса — все, что осталось от моего дома. Он сгорел.

— Так ты еще и подслушивала? — довольно усмехнулся ангел, будто бы мой невольный проступок даже обрадовал его.

— Да нет же! Я случайно услышала, — окончательно стушевалась я.

— Как это случилось?

— Не знаю. — Хотя вопрос задал Габриэль, я предпочла обращаться к Алексу. — Он как будто засветился, затрещал, а потом загорелся.