Время стрелять

Съемочная группа последовала за милиционером.

— Как ты думаешь, Лика, что тут у вас все умирают? — спросил Драхматулин, оглядывая почти пустое помещение.

— Да вот и я говорю: сколько же это народу за один год померло! У верхних один бомж прижился, а вдруг взял да помер, во дворе тут у нас большая семья жила — тоже вроде никого в живых не осталось, на четвертом этаже, там мать с сыном жила, так она тоже умерла, потом с улицы два окна, у них тоже сына убили… — начала быстро перечислять Лика. — Я думаю, время сейчас такое, что люди за свою жизнь не держатся.

Ну как бы веру потеряли.

— А что это тут у тебя столько детских вещей? — обратил внимание Эльдар на ползунки, рожки и игрушки. — Что, дети есть?

— Да, у меня трое ребятишек: год, два и четыре, — перечислила Лика. — Они сейчас в санатории.

— Почему? — Драхматулин уступил место оператору, который двинулся по комнате, набирая планы.

— Ну, они у меня не отказные, нет. Вы только этого про меня не подумайте. Просто вот так получилось, — Лика взяла в руки ползунок и стала его нервно мять.

 — Соседка, вот эта, с которой вы сейчас разговаривали, Тося, она как-то согласилась с ними посидеть и почему-то выпила, а я когда вернулась, здесь уже была машина «скорой помощи», инспектор ваш, Софья Тарасовна, соседка с другого этажа, еще люди. В общем, детей забрали.

— Да что вы ее слушаете, она же проститутка! Она своих детей на три-четыре дня бросала и уходила блядовать, а я тут их кормила и поила! — вторглась в комнату Тося.

 — А при ней они всегда были в плачевном состоянии: голодные, битые, истощенные, просили пить и есть. А сейчас она лишена материнства, а дети находятся в Доме ребенка!

— Ладно, хватит тут базарить! Сейчас возьму дубину и отхожу обоих, чтобы не бакланили! — не выдержал Эльдар. — А эти со мной поедут! Эй, молодые люди, на выход!

По дороге в отдел милиции поступил вызов на квартиру, в которой происходила драка. Машина милиции резко развернулась и поехала в сторону Большого проспекта.

Телевизионный микроавтобус повторил маневр и двинулся следом.

— Кто у вас подрался? — спросил Драхматулин, заходя в коммунальную квартиру.

— У меня — день рождения. Муж, Альберт, вот он, — указала приземистая женщина в неаккуратно нахлобученном парике на смуглого подвижного мужчину со шрамом через всю правую щеку. — Альберт, значит, пришел с работы со своими друзьями. Все ребята приличные, работают в фирмах. А они, двое, на них набросились.