Время стрелять

Нет, в этом деле надо оставаться самим собой, и вот именно тогда тебя никто ни в чем не заподозрит!

Ступая по садовой дорожке, Ремнев ощущал следы только что прошедшей девушки, и одно это уже доставляло ему ощутимое удовольствие, поскольку тоже входило в его ритуал, — таким образом он уже начинал косвенно соприкасаться со своей жертвой. Да, касаясь земли, он буквально осязал ее стопы, запечатленные здесь в некоем прошедшем времени, которые ступили на землю здесь, здесь и здесь!

Вообще-то, Корней мог многое рассказать о своей охоте, о своих странных чувствах, когда он, в чем был непоколебимо уверен, мог точно указать на те места на земле или асфальте, где недавно ступало то существо, которое могло бы стать его жертвой.

Да ведь даже поручень в метро, который держала рука его «добычи», он чувствовал, как будто на нем было написано: «Здесь тогда-то и тогда-то держалась рукой такая-то и такая-то, — или, что для него не имело никакого значения, — такой-то и такой-то…»

А вещи в магазинах? Иногда, изможденный нахлынувшей тоской, он заходил туда, где люди пытались выбрать себе какую-нибудь одежду.

Какие там густились ароматы! У него кружилась голова, он становился словно пьяный или обколотый, а во рту набегала тягучая, солоноватая слюна — он был готов наброситься на них на всех! Но это оказывалось невозможным, потому что действие могло стать для него губительным — ведь он был один!..

Корней не удивился тому, что нынче к нему столь внезапно явилась добыча, так уже случалось и раньше: в самый неожиданный момент, чаще, когда он бывал чересчур расстроен своей неудачной вылазкой, какая-то неведомая сила словно выталкивала для него из человеческой массы кого-нибудь, вполне пригодного для его целей.

Что ж, теперь ею стала эта дерзкая девчонка.