Время золотое

Вам удалось разбудить реликтовые коды в душе молодых мужчин и женщин и использовать их в политике. Вам нет равных. Если вы будете последовательны, вы в конце концов станете президентом России. Первая в русской истории женщина – национальный лидер.

– Я думала об этом. Размышляю, какие мне предпринять шаги.

– Вы, Паола, должны влиться в протестное движение и поддержать Градобоева. Повести свою преданную, обожающую вас гвардию на протестный марш. Встать рядом с оппозиционными лидерами, среди которых вы будете самой яркой, самой восхитительной.

Пусть Градобоев превратится в Зевса, Зевс превратился в быка и похитил Европу. Вы, Паола, с вашими европейскими ценностями, – истинная Европа.

– Вы хотите, чтобы я во время протестного марша сидела на спине у Градобоева?

– Я хочу, чтобы вы появились на марше, как Немезида с мечом, готовая отомстить за отца, за поруганную честь вашей семьи, за поруганный народ, за поруганную Россию. Без вас, дорогая Паола, революция не состоится.

Вы, как Жанна д’Арк, всколыхнете народное море, поведете народ на штурм Кремля. Преображение, о котором я мечтал, совершилось. Из куртуазной красавицы вы превратились в национального лидера. Русская история открыла перед вами свою белую страницу. Вы сделаете своей прекрасной рукой огненную запись.

– Я согласна. Я поведу моих поклонников на площадь. Вот только шубу сниму. – Паола улыбнулась, сбросила с плеч скользящий мех и предстала перед Бекетовым во всей ослепительной наготе.

Он на секунду ослеп от вида полных грудей, смуглых сосков, плавных бедер, округлого живота с золотым завитком лобка, на котором трепетала капля бриллианта. Бекетов овладел собой, склонился перед ней и целомудренно поцеловал ее руку. Рыба трепетала в сачке во всем своем дивном перламутре.

В Москве на площадях, на бульварах и заснеженных скверах появились новогодние елки. Волшебно и чудно вырастали среди каменных громад, вонзались стеклянным блеском в морозное небо, волновали взор своими бриллиантами, алыми и золотыми шарами, сбегавшими с вершин огненными ручьями.

На Манежной площади, у алых кремлевских стен елка трепетала в метели фантастическими рыбами, дивными птицами, сказочными существами. Казалась деревом райского сада с лучистой Вифлеемской звездой. У Большого театра, среди белоснежных колонн елка была подобна императрице. Парчовое платье, самоцветы на кольцах, алмазное колье на дышащей груди.