Все было не так

Промыв волосы, наскоро их вытираю и сажусь есть, не снимая полотенца с шеи.

Мою посуду. Прихожу в спальню. Яся успела погладить мне любимую чёрную рубашку на замке вместо пуговиц. Её можно носить с джинсами, что меня очень даже устраивает.

Пока она наносит последние штрихи, подчёркивая свои большие карие глаза и полные, сексуальные губы, я одеваюсь и через зеркало любуюсь ею. И платье это Ярославе чертовски идёт. Она накидывает сверху короткий, стильный пиджачок.

Забираю ключи от квартиры из других штанов. Снимаю с зарядки телефон.

Как раз пришло уведомление о том, что у подъезда нас ждёт машина."

"Созваниваюсь с братом. Они с Соней тоже выезжают. Договариваемся встретиться у ворот отцовского особняка и зайти вместе.

Всего пару раз задержавшись в небольших пробках, добираемся до дома, в котором мы с Платоном выросли и где было так мало хорошего, что едем сюда каждый раз через силу.

Отпускаем машины. Жмём с братом друг другу руки. Улыбаемся девчонкам. Заходим во двор. Тут уже стоят тачки некоторых гостей.

Вглядываюсь, надеясь по номерам определить, кто тут есть.

На лестнице перед входом Яся буквально впивается ноготками мне в руку. Ободряюще глажу её по ладошке, подношу к губам, нежно целую и вхожу в дом. Платон с Соней следом.

— Вот бл… — остальное зло проглатываю, увидев первых гостей.

— Ничего себе! Какие люди! — широко улыбается стерва Соболева.

— Ну прямо встреча одноклассников, а не деловой ужин, — без тени улыбки отвечает ей Платон.

Глава 9

Гордей

Главная гостиная отцовского особняка у нас с братом сама по себе вызывает максимум неприятных воспоминаний.

Так сложилось, что большая часть скандалов в этом доме видела именно она. Здесь отец пару лет назад разбил Платону лицо. А сейчас у меня ощущение, что в морду дали мне. А потом сразу под дых. И мы с младшим братишкой оба это чувствуем. Раньше я всегда заступался за него, сейчас он пытается сделать это для меня, делая уверенный шаг вперёд.

— О! А вот и мои парни приехали, — лицемерно счастливо улыбается отец.

Руку не протягивает ни мне, ни Платону.

Знает, что ответа не будет. Яся тихонечко здоровается с ним. Отец кивает исключительно из необходимости держать лицо.

— Платон, наверное, знает. Всё же дети учились вместе, но я представлю. Соболев Глеб Давидович. Человек, одевающий прекрасный пол в шикарные меха. Его очаровательная дочь — Ангелина. Вы ведь в параллельных учились, да? — обращается к брату, делая вид, что это архиважно.

— Да, — цедит сквозь зубы Платон, соблюдая этикет.