Грохотало и ухало, ворчало и бухало, словно наступал конец света.
Авария? Она попала в аварию? Она виновата или кто-то другой? Господи, только бы не она! И только бы… только бы все были живы! Боль оказалась нестерпимой, словно проваливаешься в бездонную черную яму.
«Наверное, обморок», – успела подумать она, и в эту минуту дверцу сильно дернули.
– Вы в порядке? – сурово спросил мужчина в синей форме «Скорой»."
"– Не очень, – призналась Даша и заплакала. – А что там случилось?
– Авария случилась, – раздраженно ответил врач и коротко бросил: – Ждите!
– Это из-за меня? – крикнула она.
Он обернулся и сморщился:
– При чем здесь ты? Мудак один впереди. Восемь машин пострадало. – И он со злостью сплюнул на землю.
Потом ее попытались извлечь из машины. От боли она закричала.
– Сиди, – приказал медик. – Сейчас будет легче. И говори четко: где больнее всего? – Он осторожно ощупал ее руку, потом шею, голову, нажал на грудь. Стянул со здоровой руки рукав куртки, закатал свитер и, сделав укол, повторил: – Сейчас будет легче.
И вообще тебе повезло – кажется, перелом руки и ушибы, легко отделалась. Есть кому приехать, чтобы помочь? Или будем на носилки и в карету?
– Куда? – заливаясь слезами, переспросила Даша. – В какую карету?
– В скоропомощную. А дальше в больничку, милая. Рентген, томография. Ну и все остальное.
Даша заревела в полный голос.
– Дура, – бросил он. – Там три трупа, а ты слезы льешь.
Когда боль чуть отступила, Даша здоровой левой рукой с трудом достала телефон и позвонила Мишке.
– Что? – кричал он.
– Даш, повтори! Какая авария? Где? Ты в порядке? Все, успокойся! Я выезжаю! Дашка, не реви! Сама говоришь, ничего страшного! Все, жди, не теряем времени.
Кажется, она все-таки уснула. Сколько спала – десять минут, двадцать, час? Время перестало быть временем – четким, размеренным, определенным. Сквозь полусон-полуобморок-полуморок Даша слышала автомобильные гудки, захлебывающиеся сирены, крик, мат, рыдания, ругань. На улице за окном беспрерывно гудели машины, бегали люди, подъезжали «Скорые», кто-то надрывно кричал, слышался детский плач.
Услышав Мишкин голос, она открыла глаза – он с кем-то ругался. Господи, как он орал! Она и не представляла, что тихий, интеллигентный Мишка знает такие слова.
– Я здесь, – бросил он ей и куда-то рванул.
Вернулся с медиками.
Дашу осторожно, долго и бережно вытаскивали из машины и укладывали на носилки. В машине «Скорой помощи» снова сделали укол, и Даша крепко уснула. Теперь она совсем ничего не слышала.
