Все дьяволы здесь

Этот разговор развивался как-то нелинейно, и Рейн-Мари не знала, удастся ли ей вернуть его к вонючему одеколону, когда на кону куда более интересные темы.

– Значит, он и его заместитель пользуются одним одеколоном?

Она знала, что заместитель префекта – следователь Ирена Фонтен, с которой они познакомились в квартире Даниеля.

Префект покровительствовал ей. Они явно были близки в профессиональном плане, но такой обмен запахами казался немного выходящим за рамки.

– Да. Слава богу, Клод не всегда пользуется этим одеколоном.

Только когда они встречаются.

Рейн-Мари уставилась на Монику. Неужели та не видит, как прозрачно это устроено? Если Клод возвращается после этих «встреч» с запахом своего заместителя, то у жены не возникает никаких вопросов.

Но не стоило совать нос в чужие дела. К тому же, вероятно, ее подозрения были беспочвенны.

В конце концов, у Армана в заместителях тоже ходила молодая женщина. Изабель Лакост. Она стала близким другом семьи. Дорогим и ценным коллегой. Он привел ее в отдел, стал для нее наставником.

Изабель вернула долг Арману – она спасла ему жизнь, хотя и заплатила за это дорогую цену.

Они были как отец и дочь, и у Рейн-Мари никогда не возникало никаких подозрений на их счет.

Правда, Рейн-Мари не знала мужа Моники так же хорошо, как знала своего.

– А название вы не помните? – снова спросила Рейн-Мари как бы невзначай.

– Нет, но могу сказать, что флакон скорее подходит для спиртного, чем для одеколона. Довольно витиевато украшен. Но вообще-то, симпатичный.

Это единственное, что мне нравится в этом одеколоне. Хотя постойте. Это не название, это число. Я еще рассмеялась. Поначалу мне показалось, что это сто двенадцать. Вполне подходящее число.

Да, подумала Рейн-Мари, ставя кофейник на поднос. 112. Французский номер экстренного вызова. Для Моники Дюссо должен был зазвучать тревожный звоночек.

– Может быть, удастся его найти, – сказала Рейн-Мари, взяв со стола свой айфон.

Она задала поиск «одеколон из Кёльна», и тут же появилось изображение голубого с золотом флакона.

– Да, это он, – сказала Моника. – Он называется «4711». Я помнила, что число. Тут сказано, что это первый из когда-либо сделанных одеколонов. Ха, может, поэтому Клод им и пользуется. Он любит историю. Как и Арман. Это у них общее.

– Oui, – сказала Рейн-Мари.

Она положила телефон и подумала: может быть, это единственное, что у них двоих общее.

Одеколон был именно тот, который она спрятала в спальне. А теперь она получила подтверждение.