Все дьяволы здесь

Как следствие этого, ее убийство в Патагонии. Недавнее нападение на финансиста Стивена Горовица. Убийство Александра Плесснера.

– Но с какой целью? – спросил бывший президент Франции.

Клод Дюссо вкратце, точными словами рассказал им про шахту. Про неодим. Про тайные поставки руды. Про использование редкоземельного металла в самолетах, которые потерпели катастрофу.

Перечисляя трагические эпизоды, префект чувствовал, как в нем начинает закипать неконтролируемая ярость. Голос его зазвучал громче, когда он начал рассказывать про обрушившиеся мосты.

Про сошедшие с рельсов поезда и упавшие лифты.

Дойдя до последнего пункта, он все-таки потерял контроль над собой:

– И атомные электростанции.

Он шарахнул кулаками по столу с такой силой, что все члены совета вздрогнули, и прокричал, срываясь на визг:

– Да бога ради! О чем вы только думали?

Глаза его наполнились слезами, и он замолчал. Взял себя в руки.

– Вы знали. Некоторые из вас знали. – Он посмотрел на мадам Рокбрюн, которая встретила его взгляд без малейшего смирения.

Потом повернулся к Алену Пино. – Ты, кусок дерьма, ты знал об этом. И ты позволил этому продолжаться.

В зале воцарилась полная тишина. И он спросил себя, кто из этих людей сожалеет о погибших и о тех, кто еще, может быть, погибнет. А кто думает только себе.

– Несколько лет назад к вам обратился Стивен Горовиц и сообщил о своей озабоченности, не так ли? – заговорил Даниель, давая префекту возможность перевести дыхание. – Вы обещали разобраться, но вместо это развернули операцию прикрытия.

И когда он понял это и собрал улики, вы начали против него кампанию, которая закончилась покушением на его жизнь вечером в пятницу.

– Это ложь, – заявила Эжени Рокбрюн. – Клевета.

– Это правда, – возразил Клод Дюссо. – Месье Горовиц распродал свою коллекцию живописи. Собрал сотни миллионов долларов и на эти деньги выкупил место месье Пино в совете.

Глава компании отрицательно покачала головой и улыбнулась:

– Вас неправильно информировали. Места в совете предоставляются бесплатно.

Они не продаются.

– Но биржевые опционы, к которым прилагается место, очень даже продаются. Они не должны продаваться, была договоренность о том, что они не продаются. И Стивен знал, что ему нужно обратиться к кому-то, кто отличается особой жадностью.

Все глаза устремились на Алена Пино.

Под взглядами своих коллег по совету он покраснел как рак:

– Ну да, он обратился ко мне. Потому что мы старые друзья. Он был мне кем-то вроде отца, наставника.