Все дьяволы здесь

Первоначальное название Парижа – Лютеция. А его эмблема представляла собой корабль, застигнутый штормом в море.

Этот символ и был выложен на полу при входе в отель.

Месье Горовиц повернулся к юному Жаку и сказал:

Каждый парижский школьник знал, что это значит. Таким был девиз древнего поселения Лютеция. И Парижа.

«Напоминает мне о „Буре“», – сказал месье Горовиц, кивком показывая на мозаику.

Жак оглядел тихий коридор. Трудно было найти место, менее напоминающее бурю.

«Oui, monsieur», – ответил Жак, хотя он понятия не имел, о чем говорит этот человек.

Их разговор состоялся почти пятьдесят лет назад.

И теперь перед ним стоял молодой Арман – Жак про себя именно так думал об этом человеке. И молодой Арман принес ему новости.

Жак был вовсе не глуп. Месье Горовиц находился в более чем почтенном возрасте. Он становился все слабее. Жак знал, что однажды получит плохие новости. Но то, что они будут такими плохими, даже не представлял.

– Он в больнице Отель-Дьё. Его сбила машина и скрылась.

«Не нужно сообщать подробности», – подумал Гамаш.

– Вы правы, – сказал Арман. – Настоящее merde. Мы пытаемся разобраться, где он был вчера и с кем встречался.

Понятно ли было Жаку на самом деле, Арман не знал. На лицо метрдотеля вернулась профессиональная маска.

– Он пришел сюда в три тридцать и заказал свое обычное мороженое с мятой.

Арман чуть не улыбнулся:

– С горячей карамелью?

В три тридцать, подумал Арман. Именно в это время он и привел сюда Стивена из сада Родена. Все совпадает.

Он сидел здесь один, ел свое мороженое.

Ждал ли он кого-то? Может быть, месье Плесснера? А тот, может быть, уже лежал мертвый по другую сторону улицы?

Арман услышал, как Жан Ги разговаривает по телефону с Изабель Лакост в управлении Квебекской полиции в Монреале. Он просил ее разузнать что удастся об Александре Френсисе Плесснере.

– Oui, канадский гражданин, вероятно, живет в Торонто.

– Месье Горовиц встречался здесь с кем-нибудь в последние десять дней? – спросил Гамаш у Жака.

– Десять дней? Я думал, что он только-только прибыл.

Арман показал фотографию на своем телефоне:

– Вам этот человек не знаком?

Это был снимок лица Плесснера крупным планом. Казалось, что он спит. Если не считать неестественной бледности.

– Он мертв? Судя по его виду, он мертв.

– Пожалуйста, скажите мне, был ли он здесь недавно или вообще когда-нибудь. Вы его узнаете?

– Bon. Merci, Жак. Ах да, в какое время Стивен ушел вчера отсюда?

– Я бы сказал, в начале пятого.