Все дьяволы здесь

Арман видел эту мозаику на протяжении нескольких десятилетий, но только теперь осознал, что на ней, возможно, изображена сцена из шекспировской «Бури». Эта пьеса открывается сильнейшим штормом, во время которого терпит бедствие корабль.

Молодой человек прыгает с палубы в воду навстречу неминуемой смерти с криком: «Ад пуст, и все дьяволы здесь».

Арман поднял голову и огляделся.

Прямо здесь? В отеле «Лютеция»?

В этом районе романтики было куда меньше, чем в его названии.

Когда Бовуар узнал, что будет работать именно здесь, он воодушевился.

В Ла-Дефанс действительно были башни. Огромное их количество. Но они бы не выдержали удара камнем, не говоря уже о напоре армии. Они были стеклянные.

В районе почти невозможно было найти дерево, трава встречалась редко. Здесь царил бетон. И стекло. Над головой нередко пролетали вертолеты, доставлявшие президентов компаний и высших менеджеров на важные собрания.

Бовуар сомневался, что их ноги когда-нибудь касались земли.

Это было место промышленности, финансов, невероятного богатства.

И он подозревал, что именно это они и защищали.

Прибыв на место, он вышел из вагона и огляделся.

Этому человеку, родившемуся и выросшему во внутреннем городе Монреаля, начинало не хватать здесь дерева. Одного. Или двух. А может быть, трех.

Рейн-Мари простилась с Арманом на набережной Орфевр, но прежде передала ему бумажный пакет, приобретенный ею в «Ле Бон Марше».

Она отправилась домой, чтобы принять долгий-долгий, горячий-горячий душ, а он – к старому зданию, выходящему на Сену.

Тридцать шестой – под таким названием был известен этот дом, в котором когда-то размещалось кишащее людьми управление Парижской полиции. Сколько полицейских, сколько преступников входило в эту арку?

Бóльшую часть подразделений перевели в более современные здания, оставили только БРИСО – бригаду расследований и специальных операций.

В этом же здании префект предпочел оставить свой главный офис.

Когда Гамаш подходил к двери, завибрировал его телефон.

Не успев еще поднести аппарат к уху, он услышал тревожный голос:

– Что с мистером Горовицом? С ним что-то случилось?

Звонила Агнес Макгилликадди.

– Он жив, но его вчера вечером сбила машина.

– С ним все в порядке?

Он услышал в этом вопросе страх и надежду.