Он усмехнулся.
– Мне уже лучше, – не в лад, не впопад ответила Вера.
– Это хорошо, – улыбался Бармин, – в больницу надо, или тебя домой отвезти?
– В больницу не надо, а домой я сама доберусь, – ответила немного напряженно Верочка.
– Как? – снова усмехнулся он и разъяснил обстановку: – Метро здесь сейчас не ходит, такси поймать нереально, правда пустили автобусы до другой станции, – и спросил, улыбаясь: – Верочка, ты хочешь еще покататься в метро?
– Нет, – чуть склонив головку набок и осторожно высвобождая из его рук свои ладони, которые он так и держал, ответила она.
– Пожалуй, на сегодня мне метро достаточно.
– Поехали, – распорядился Бармин.
Поднялся с колен и, не спрашивая, подхватил ее под локоток, поднял, обнял другой рукой за талию.
– Я же не падаю, – попыталась высвободиться из его рук Верочка.
– Голова кружится? – строго не то спросил, не то напомнил он.
– Да, я как-то забыла… – призналась она, чувствуя, что голова действительно кружится и пока ощутимо так.
– Вы куда? – спросила подошедшая Марина.
– Отвезу пострадавшую домой, – оповестил Бармин.
– Очень хорошо, – одобрила фельдшер, и, слава богу, напутствовать не стала.
Вера остановилась у передней пассажирской дверцы шикарного джипа, которую распахнул перед ней Бармин, в неком замешательстве и забираться внутрь не торопилась, с опаской посматривая на светлое кожаное сиденье.
– Ты чего? – не понял он, уже успев дойти до середины капота, чтобы занять водительское место.
– Я вся в саже, причем она какая-то жирная, и воняет от меня… – поделилась своими сомнениями Вера, – я тебе сиденье испачкаю.
– Вер, ну что за фигню ты несешь? – вернулся он к ней. – Ну, испачкаешь, и хрен с ним, в салоне вымоют. Садись!
И приподняв под мышки, почти затолкал девушку строптивую в машину, и дверцей хлопнул, и быстро обежал капот, сел на свое место и завел мотор.
– Сейчас кондиционер посильнее сделаем, тебе полегче станет, – пообещал Егор и спросил: – Ты все так же с Милой живешь, на этот адрес тебя везти?
– Да, – односложно ответила она, внезапно почувствовав, что сейчас может расплакаться от такой его заботы.
