Верочка, сделав чай, принялась торопливо на ходу пить, обжигаясь, делая большие глотки и даже не присев, и унесла с собой остатки чая в душевую, так рвалась скорее под воду, и вот уже плещется там больше получаса.
Егор не собирался уходить, он собирался делать и говорить что-то по-настоящему для него важное, только первый раз за очень много лет не знал, как, вот и стоял у окна – смотрел на двор, людей в нем, машины и размышлял.
Он разговаривал с волонтером Витей, получив просьбу от эмчеэсников отправить вниз на платформу станции еще воды.
Одной партии, которую уже спустили по эскалатору, оказалось мало. И в этот момент нутром почувствовал на себе чей-то пристальный, прожигающий взгляд, резко повернул голову, перехватывая его, и обалдел!
Он бы не узнал ее так сразу – какая-то закопченная пострадавшая девушка, мокрые, растрепанные, висевшие грязными сосульками волосы казались темными, лицо перемазано, вокруг шеи болтается какая-то тряпка, но эти глаза!!
Эти глаза он узнал бы из тысячной толпы – темно-синие, фиалковые, они смотрели на него в упор, и было в этом взгляде что-то детское, беззащитное: и удивление необычайное, и потрясение.
"
"Егор, словно тот сказочный Иванушка, который прыгнул в котел с горячим молоком, а вынырнул другим, тоже вынырнул из этого взгляда другим – незнакомым себе или давно позабытым. Его вдруг захлестнуло волной такой сильной нежности, от которой горло перехватило, вызвав непреодолимое желание защитить, спрятать за своей спиной, успокоить ее, вот взять в охапку, прижать к себе и не отпускать! А то попадает черт знает во что, то раненого на себе таскает, то в метро горящем застревает, небось там тоже спасала всех подряд!
Ему даже перевести дыхание пришлось, так сильно накатили эмоции, отвернуться на мгновение, одернуть себя, сконцентрироваться, и переключиться на Виктора.
А потом, когда подошел и сел перед ней на корточки, первый раз в своей жизни не знал, что говорить, но слова нашлись сами собой.
И вот теперь Егор стоял, смотрел в окно и понимал, что Вера ему нужна, и вообще-то он не хочет отпускать ее от себя, зачем и почему, неважно! Это он потом поймет и разберется – нужна. Ему! А как сладить с Верочкиным-то характером, вот вопрос. Да и Милка наверняка расстаралась, просвещая подругу на тему, какой Бармин жуткий бабник и про его богатый выбор женщин. И Влад, вот точно не преминул об этом предупредить.
