И принялась быстро действовать на автомате, руководимая этим механическим голосом в голове, теперь уже контролируя себя, не позволяя эмоциям помешать. Выдернула поясок из своей юбки, наложила жгутом на бедренную артерию, останавливая кровотечение, из сумочки, которая была перекинута через плечо и шею, поэтому и не потерялась, пока Вера бежала, достала ручку, выдрала откуда-то клочок бумаги, написала время наложения жгута. И принялась с максимальной осторожностью ощупывать тело мамы с головы до ног.
Она все что-то делала и делала, уже не отдавая себе отчета – заматывала разбитую голову, перевязывала руку, останавливала кровотечение как могла.
Кто-то подходил, помогал, выполняя ее распоряжения, кто-то сунул ей бутылку минеральной воды – это все оставалось за пределами ее внимания. Потом чьи-то сильные руки, взяв за плечи, повернули, и мужчина, наклонившись близко к ее лицу, чеканя слова, сказал:
– Дальше мы ею займемся. Ты молодец.
– Это моя мама, – сухим горлом ответила Вера.
– Тогда поедешь с нами, – распорядился мужчина и, подав руку, помог ей встать с колен.
Только тогда Вера вернулась в реальность, посмотрела по сторонам и увидела всю чудовищность картины – развороченный железный остов остановки, битое стекло, лужи крови и двух погибших. Она сразу поняла, что эти люди мертвы.
Вера спасла маме жизнь. Если бы она не была рядом и не оказала Евгении Максимовне квалифицированную медицинскую помощь в первые же минуты после аварии, совершенно точно мама бы тоже умерла.
Потом потянулись страшные часы около операционной, а потом…
Все было очень сложно и плохо.
Совсем плохо. Повреждение позвоночника на фоне других не менее тяжелых травм. Вера практически поселилась в больнице, не отходя от мамы, бабушка осталась на хозяйстве."
"В конце августа Евгению Максимовну перевезли домой, и стало совершенно очевидно, что она недееспособна и в ближайшее время не встанет, а может, не встанет вообще… У бабушки на почве таких переживаний и перегрузок случился сердечный приступ, и теперь в больницу попала она.
Верина детская мечта спасать и лечить людей, особенно близких, как-то слишком жестоко и быстро воплотилась в жизнь.
И понятно стало, как божий день, что иного выхода у Веры не оставалось – она съездила в Москву и оформила академический отпуск на год. Некому, кроме нее, было ухаживать за мамой и бабулей, близких родственников у них не имелось, да и с дальними они особо связь не поддерживали. Ну и денег, понятно, тоже не было.
