Одна комната полностью отведена под студию. Шикарная двуспальная кровать, застеленная дорогим пледом. Тяжелые шторы на окнах. Уют, интим. Ослепительный свет юпитеров. Уж не порнуху ли здесь снимают, шевельнулась в голове у Насти мысль.
Она насторожилась, мысленно обругала себя. Как же она могла позволить уговорить себя, как оказалась в этой норе?"
"Настя внимательно посмотрела на Сашу. Невысокий, худощавый. Вряд ли в его руках таится большая сила. С таким, если что, проблем не будет. А если еще кто нагрянет?
– Да ты не бойся! Никто тебя не обидит.
– Он заметил ее волнение, понял причину.
Деловито взял ее за руку и вывел на середину комнаты.
– А я и не боюсь. – Она сделала удивленный вид. – С чего ты это взял?
– Ну что, начнем?
Он не обратил на ее слова ну никакого внимания.
– Начнем.
– Купальник с собой?
– Да нет, я же не знала, что так получится.
– Как же ты, интересно, собиралась в фотоагентство?.. Ну да ладно, что-нибудь придумаем. Может, покажешься в нижнем белье? Кружевные трусики, бюстгальтер.
– Или лучше совсем без них?.. Короче, друг любезный, тащи купальник. У тебя есть, я знаю.
Она угадала. Купальник, мини-бикини, у него нашелся. И даже как будто совсем новый.
Саша не прочь был бы посмотреть, как раздевается Настя. Глазами художника, мол. Но Настя бесцеремонно выставила его вон из комнаты. Неприлично мужчине смотреть, как оголяется женщина, пусть она и фотомодель.
Фотомодель. Есть какая-то недоговоренность в этом слове. Кое-кто всерьез считает, что оно соответствует словам «куртизанка», «шлюха».
Но нет, она не даст повода считать себя таковой.
Работа началась.
– А из тебя, Настя, выйдет толк, – уверенно сказал Саша, нацеливаясь на нее объективом.
Она стояла к нему вполоборота. Одним коленом оперлась о кровать. На губах чарующая улыбка. Волосы распущены. Руки закинуты за шею. Она великолепна.
– Так, а теперь сюда, – он указал на кресло.
Настя послушно отошла чуть в сторону.
Примерно через час Саша отложил фотоаппарат в сторону.
– Я уже прикинул. Из всего, что я нащелкал, выйдет шесть классных снимков. Все остальное в мусор. Увы, в неоплачиваемый мусор. Итого с меня тридцатник.
– Я одеваюсь.
Настя потянулась за одеждой.
– А может, лучше совсем разденешься? – Он сделал глотательное движение.
– И что дальше?
– А дальше туда, – он кивнул на постель. – Сделаем еще пару-тройку снимков. За каждый плачу по двадцать баксов. Идет?
Он взглядом снимал с нее бикини.
