Молодой человек с пробитой грудью только улегся на пол, а Настя уже стирала с пистолета отпечатки своих пальцев. Еще несколько мгновений, и она уже вкладывает его в коченеющие пальцы своего бывшего любовника.
Недолго провозилась она и с другим покойником. В его руке оказался «макаров» с глушителем.
Затем она пошарила у него под курткой. Ага, есть пистолет.
Что с ним делать?.. Как что? Оставить на месте. Разве не может киллер иметь при себе два пистолета?
Итак, сценарий спектакля таков.
Киллер проник в квартиру через дверь, оставленную открытой по чистой случайности.
Наставил на Ворона пистолет. Но тот среагировал молниеносно. Его «стечкин» стреляет одновременно с «макаровым». Убийца и жертва находят свою смерть в одно и то же роковое для обоих мгновение.
А что она, Настя?
Ах, бедная, бедная Настя! Она сидела с кавалером за бокалом виски. Вся такая разомлевшая от недавнего удовольствия в постели. А тут н а тебе, такая беда! Она и сообразить-то ничего не успела, как все уже закончилось.
Бах-бах, и сразу два трупа!
Она, конечно, в истерике, не сразу ее рука тянется к телефону.
Да, пора уже вызывать милицию. Но сначала коротенький перекур.
Курить хочется.
Она в изнеможении опустилась в кресло, нащупала на столике сигарету, закурила. С облегчением выпустила из легких густой клуб дыма.
И тут услышала, как в квартиру кто-то вошел. Соседи?.. Возможно. Ведь она же так и не захлопнула за собой дверь.
Шаги еле слышно протопали по коридору, и вот он здесь.
Знакомое лицо. Ну, конечно же, это он, вчерашний ее благодетель. С какой это стати он заявился?
Майор Глянцев вошел в комнату. Если его и удивила представшая перед ним картина, то он не подал и виду. Его лицо оставалось невозмутимо спокойным.
Без всякого сострадания он посмотрел на мертвого Ворона, затем на второго покойника. На этот раз его лицо отразило легкое беспокойство.
Майор взял его руку, попытался нащупать пульс. Пульс не прослушивался.
– Он мертв?
Только сейчас Глянцев поднял взгляд на Настю.
В его глазах не было осуждения.
– Да, именно так.
Она приготовилась забиться в истерике.
– Жаль, что так случилось, но ты не могла его не убить.
– Что?.. – она непонимающе уставилась на него.
– Если Ворон проиграл вас, Настя, в карты, то не кому-нибудь, а такому же ублюдку, как и он сам. И окружение у нового ублюдка, как вы понимаете, не из ангелов. Этот, – он кивнул на убитого, – вполне может сойти за киллера.
