И это у него неплохо получалось. Денис называл его отцом. Только вот Настя почему-то упрямилась. Она обращалась к отчиму по имени-отчеству.
Александр Макарович был в меру строг, любил пространно рассуждать о высоких моральных принципах.
Но не искушенная еще жизнью Настя чутьем угадывала в нем нечто фальшивое, ненадежное, пугающее, а потому держалась с отчимом настороже.
Вот и вчера за ужином в присутствии мамы и брата он с пафосом разглагольствовал, обращаясь в основном к Насте, о роли нравственности, добропорядочности в жизни семьи и общества.
А сам нет-нет да и поглаживал взглядом ее груди, бугрившиеся под ситцевым халатиком.
А может, ей все только мерещится? Может, в голове у него нет никаких дурных мыслей? Ведь не могла же мама в нем ошибиться, не могла полюбить плохого человека?
Мама пришла на кухню, когда завтрак был уже готов.
– Спасибо, дочка!
Мама сегодня выглядит очень неважно. Бледность, под глазами нездоровая синева.
– Плохо спала. Бессонница, – перехватила она тревожный взгляд дочери.
– А может, сердце?
– Да нет, не думаю...
В это время на кухне появился Александр Макарович. В спортивных штанах, майке. Умытый, гладко выбритый. Ну просто идеальный отец семейства.
– Вот оно, мое самое лучшее лекарство, – нежно улыбнулась ему мама. – Пока он со мной, за свое сердце я спокойна.
– Так что берегите меня, – отшутился отчим и подмигнул Насте. Он был сегодня в благодушном настроении. – Что у нас на завтрак?.
. Ага! Яичница с колбасой! Отлично!
Нашел чем восхищаться. Подумаешь, яичница. Пусть даже и с колбасой.
Сердечная недостаточность – вещь опасная. С этим шутки плохи. И Елена Николаевна все прекрасно понимала. Поэтому при первых же признаках недомогания тут же спешила к своему врачу.
Так поступила она и сегодня.
Врач обследовал ее и назначил лечение. В стационаре недели две самое меньшее.
– Положение довольно серьезное. Как-никак у вас был инфаркт. Мы не должны допустить еще один.
– Я все понимаю, – невесело вздохнула Елена Николаевна.
Придется ложиться в больницу. А как не хочется...
Настя возвратилась из школы, когда мама собиралась уходить. В руках она держала сумку с необходимыми для больницы принадлежностями.
– Ты куда?
– Да вот была у врача. Прописал постельный режим и лечение. Вообще-то ничего серьезного. Видишь, сама пришла, сама и уйду, без «Скорой помощи».
– Я тебя провожу, – огорчилась Настя.
