Тут доказательства нужны, улики, свидетели, а у них ничего этого нет и не будет.
Во-первых, нет свидетелей. Нет, никто никого не ликвидировал. Таковых просто не было вообще. Не зря же Понт убрал из ресторана всю прислугу. А исполнители в «Жигулях» сводили счеты с Махаоном в масках. Никто не видел их лиц. А самой машины уже не существует в природе. Во-вторых, нет орудия преступления. Все засвеченные «шмайсеры» уже покоятся на дне глубокого озера. Бросать их на месте преступления просто глупо. Немецкие автоматы времен Второй мировой – вещь уже сама по себе довольно экзотическая.
Да, не завидует Антон ментам, не завидует. Трудно им. Носом землю роют, и все зря... А если вдруг кто что и найдет, то лучше пусть зароет обратно. Он решится и на убийство легавого. Раз ввязался в большую игру, значит, играть нужно по-крупному. Иначе нельзя.
Итак, город у него в руках. Но это еще не повод расслабляться хоть на минуту. Он, Антон, убрал Фурункула. Значит, когда-нибудь объявится желающий устранить его самого. Уж очень жестока конкуренция в криминальном мире.
А он отхватил себе лакомый кусок...
Он оградит себя от конкурентов.
Те восемь человек, которые «посадили его на власть», составили костяк его организации. Клык и Понт стали правой и левой его руками. Пока он может на них положиться. Пока! Неизвестно, как они покажут себя дальше. Не захотят ли занять его место?.. Надо держать с ними ухо востро. Никому нельзя доверять. Никому!"
"Что творится с людьми! А именно с молодежью.
Раньше она рвалась в комсомол, на ударные стройки пятилетки.
Сейчас с таким же рвением пробивает себе дорогу в криминальный мир. Быть бандитом стало вдруг модно. Даже почетно... Так что проблем с кадрами никаких.
На молодых Антон делал особую ставку. Сейчас ему нужны не столько опытные, сколько преданные. А опыт и умение, они придут. И стрелять научатся «пехотинцы», и убивать. Главное, чтобы были всецело ему преданы.
У него появились деньги, немалые деньги. Он брал их откуда только можно.
Значительно увеличил «посевную площадь», доставшуюся ему от предшественника.
Но кое в чем он ее урезал. Это наркотики. С таким делом связываться не стал. Нет, не из этических, мать их так, соображений. Просто дело слишком опасное, большой срок может намотаться. И если бы доход оправдывал такой риск, тогда другое дело. Но в Нагибинске не так уж много наркоманов, чтобы иметь сверхприбыли. Вот если бы перекинуть этот бизнес куда-нибудь в большой город...
Большие города... Все чаще он подумывал о них.
